Павел Петрович был окружён прежними своими соратниками, которые тотчас же прибыли к нему по первому его слову. Среди участников совещания были и прославленный полководец фельдмаршал Багратион, и бывший начальник Посольского приказа Мазурский, и экс-глава Земского приказа князь Бринкен-Вышинский, и многие, и многие ещё.
— Фрол Николаевич, ну как же так могло случиться-то? — хмуро вопрошал лысый крючконосый Бринкен-Вышинский.
— Откуда же мне знать-то, Александр Карлович? — не менее мрачно отзывался много лет возглавлявший девятую экспедицию личной Государевой Канцелярии Колтышев, — Чай мне не докладывали. Слыхал краем уха, что Государь Иван Павлович лично занимался организацией поездки, считая именно её вершиной своего дипломатического искусства.
— Присоединение Трансильвании, вассальные договоры с Венгрией и Австрией, признание нового статуса Венецианской республики, было бы весьма красивой демонстрацией преемства политики России. — хмуро буркнул Мазурский, — Сложно не согласиться, что идея была неплоха… Государь желал лично подписать все эти документы и стать триумфатором.
— Подрыв моста под царским поездом суть операция, требующая сложнейшей подготовки и доступа к информации из Государевой канцелярии. — выдохнул через зубы мастер тайных военных дел генерал-поручик Зубков, — Без точного плана движения состава было бы невозможно такое сотворить…
— Значит, измена… — горячий Багратион вскочил, терзая ворот мундира, — Заговор…
— Не стоит так сразу, Пётр Иванович… — привстал, закопавшийся в бумагах на столе, Государь, — Не бери пока на душу горе. Не верю я, что Девятая экспедиция смогла бы большой заговор пропустить. Пусть старики и ушли, но и молодые люди, чай не лаптем щи…
— Но гибель Государя…
— Измену найдём, Петя… Уж ты не сомневайся! — сверкнули глаза Павла Петровича.
— Да уж, Стёпка Сивоконь большой заговор не прозевал бы… — согласно кивнул Колтышев, — Пускай он и слаб был характером, но умом шибко остер, и крамолу бы обнаружил…
— Вижу опасность государству скорее в смятении духа, чем в комплоте [1] подлом. — вскочил сидящий доселе тихо архиепископ Приморский Варсава.
— Именно так, Владыка! — Павел Петрович вздохнул, — Надо срочно ехать в Столицу — там находится сердце царства нашего, и оттуда будет значительно проще заниматься управлением.
— Мои ребята готовят план поездки. — Зубков погладил свою седую окладистую бороду, — Но вот…
Генералу не пришлось закончить фразу, ибо в кабинет взбежал всклокоченный гайдук.
— Государь-Батюшка, у волынцев буза!
— Что? Ты, Васька, белены, что ли, объелся? — Максим, выскочил, словно чёрт из табакерки, и схватил парня за шиворот.