Но не суть.
Возникла неловкая длинная пауза.
Артур Бальфур так и застыл с протянутой для рукопожатия рукой. На его вытянувшейся морде просматривалось дикое недоумение.
— Матерь божья… — охнул кто-то из журналистов.
Зашипели магниевые вспышки.
И тут, один из телохранителей британского премьера, вдруг вскинул револьвер. Прямо мне в лицо уставился черный срез ствола.
Вытащить пистолет из кобуры я не успевал. И уже, в который раз за свою жизнь, приготовился умереть. Но опять не сложилось.
— Остынь, мальчик! — рявкнул О’Брайан, закрыв меня собой и тоже направив оружие на британца. — Иначе своими глазами увидишь какого цвета твои мозги.
Англичанин неуверенно покосился на своего премьера, но револьвер не опустил.
— Как это понимать? — очень спокойно поинтересовался Теодор Рузвельт у Бальфура.
— В чем дело? — неожиданно вспылил царь-батюшка.
— Вот именно, — нахмурился кайзер. — Или в ваших традициях убивать своих спасителей?
Взгляды остальных глав государств сошлись на британском премьер-министре.
Бальфур пришел в себя, наконец опустил протянутую руку и зло бросил своему телохранителю.
— Немедленно уберите оружие, — потом успокаивающе обратился к своим коллегам. — Простите, господа, это просто недоразумение… — опять повернулся ко мне и уже совершенно спокойно сказал. — Примите мою личную благодарность, генерал. Британия ценит мужество даже… — премьер сделал паузу и тихо выдавил из себя, — даже своих врагов.
После чего замолчал и отошел в сторону.
Опередив коллег, первым ко мне шагнул император Николай и схватил за руку.
— Вы герой, господин… — русский царь запнулся и беспомощно оглянулся.
— Генерал Михаэль Игл, — добродушно улыбаясь, подсказал ему кайзер.
— Да-да, генерал Игл! — подхватил Николай. — Вы настоящий герой. Мы представляем вас к ордену святого Георгия за заслуги пред Российской империей!
— Он был не один… — ехидно вставил Вильгельм, показывая взглядом своему кузену на Клеопатру. — А с этой милой дамой. Он тоже внесла лепту в наше спасение.
— Моя спутница, Клеопатра Бергкамп… — представил я девушку.
Николай недоуменно уставился на Клео, немедленно исполнившую грациозный реверанс, но быстро спохватился, рассыпался в похвалах и по подсказке кого-то из своей свиты, представил ее к ордену Владимира четвертой степени.
— Поздравляю с кавалерством Красного Орла, — сменив Николая, шепнул кайзер. — А ловко ты это устроил, мальчик мой. Бальфур выглядит, словно в штаны нагадил. Мы с тобой еще пообщаемся сегодня…
— Я горжусь знакомством с вами, генерал! — громко заявил Рузвельт. — За проявленный героизм, представляю вас к медали Почета!