— Джентльмены, — сказал я, убирая документы в сейф, — завтра Manhattan Commercial Bank проснется в совершенно новой реальности. А послезавтра финансовый район Нью-Йорка узнает о первых серьезных проблемах нашего конкурента.
Операция «Гарпун» входила в решающую фазу. Но это еще не все. Надо нанести последний, точный удар.
Редакция «New York World» размещалась в импозантном десятиэтажном здании из желтого кирпича на Парк-роу, неподалеку от Бруклинского моста. Я поднимался по знакомой лестнице с чугунными перилами к кабинету Элизабет, чувствуя странную смесь предвкушения и тревоги.
Коридор третьего этажа гудел от печатных машинок и телефонных звонков. Репортеры в помятых рубашках с закатанными рукавами спешили к редакторским столам с горячими новостями. Запах типографской краски, табака и крепкого кофе создавал неповторимую атмосферу американской журналистики.
— Уильям! — Элизабет поднялась из-за стола, заваленного рукописями и телеграммами. Ее темные волосы были аккуратно заколоты, а строгий серый костюм с белой блузкой подчеркивал деловитость. Но в карих глазах читалась та же теплота, что и месяц назад, когда мы помирились после ссоры по поводу публикации о Continental Trust.
— Элизабет, — я крепко обнял ее, вдыхая аромат французских духов. — Готова к большой охоте?
— Более чем готова, — она указала на папку с документами. — Материал получился даже лучше, чем я ожидала. Manhattan Commercial Bank настоящий клубок скандалов.
Мы прошли в ее небольшой кабинет с окном, выходящим на мост. На стенах висели дипломы Рэдклиффского колледжа и фотографии с известными политиками. За письменным столом из темного ореха стояли две чашки дымящегося кофе.
— Покажи, что у тебя есть, — попросил я, садясь в кресло напротив.
Элизабет развернула рукопись статьи. Ее четкий почерк покрывал страницы желтой бумаги, а на полях красовались заметки красными чернилами.
— «Банк-марионетка: кто стоит за Manhattan Commercial?» — прочитала она заголовок. — Начинаю с финансовых связей между Manhattan Commercial и Continental Trust. Роберт Кембридж в совете директоров, перекрестное владение акциями, общие крупные клиенты.
— Отлично, — кивнул я. — А контрабандные операции?
— Отдельный раздел, — Элизабет перелистнула страницы. — «Промышленный спирт» из Канады, фиктивные химические предприятия, комиссии за «консультационные услуги». Плюс личные долги руководства в подпольных казино.
Я внимательно изучал текст. Элизабет мастерски балансировала между фактами и намеками, создавая убедительную картину без прямых обвинений, которые могли привести к судебному иску.