– Ошалел?! – яростно закричала я. В глазах потемнело от гнева и недосыпа. Булочка вылетела из руки с такой силой и скоростью, с какой меня выгнали с прошлой работы, и прилетела прямо в лоб грубияну. Судя по изумлённому взгляду этого ряженного петуха – он теперь и правда ошалел. Ну и я заодно.
Ведь мы понимали друг друга, хотя говорили не на русском и даже не на французском языках.
Когда я осознала, что говорю и даже думаю на каком-то незнакомом языке, не похожем ни на один мне известный, я испытала настоящий шок. Свежий вечерний воздух внезапно загустел, как сладкий сироп, и облепил горло, не давая дышать. И одновременно с ним на меня навалилось сразу несколько чувств.
Первым подъехала острая бритва вины. Ну почему я так грубо отреагировала? Я же не хамка базарная, чтобы обзываться, да ещё и драгоценным хлебушком разбрасываться. Следом помахала ручкой жгучая кочерга стыда. Мало того, что грублю, так ещё и стоя на коленях ем хлеб с пола… тьфу! С камней… Разве взрослые и адекватные люди ведут себя так? И лишь потом навалилось осознание, что всё происходящее лишь сон, а там может быть что угодно, даже незнакомый язык. И это – позорный кошмар, поэтому вместо свидания с прекрасным принцем я с ним ругаюсь, выставляя себя сумасшедшей…
– Простите… – неожиданно мы сказали это одновременно с красавчиком. И тут же с недоверием посмотрели друг на друга. Внезапно он улыбнулся. Очень по-доброму, отчего на правой щеке показалась очаровательная ямочка, а у меня аж дыхание перехватило. Ну до чего же красивый незнакомец!
– Я помогу вам, – сказал он, скрываясь в глубине здания. «Накормит», – с удовлетворением отметила я.
Не прошло и минуты, как красавчик вышел из двери, которую я не заметила в полумраке подворотни. Он галантно склонился и протянул руку. Пустую. Я не сразу сообразила, что красавчик помогает мне встать. Резво схватившись за неё, начала подниматься и охнула – я и сама не заметила, что ноги затекли. Они благополучно подвернулись, помогая мне романтично завалиться на красавчика. Я на всякий случай ещё сделала вид, что потеряла сознание, чтобы не выглядеть совсем уж немощной.
Как только моё лицо прижалось к его груди, в нос ударил терпкий запах дыма и корицы –такой домашний и будто бы даже родной. Грубоватая ткань странного пиджака явно скрывала тугие мышцы, к которым мне тут же захотелось прикоснуться, провести ладонью, почувствовать тепло кожи. Пальцы красавчика невольно впились в мой бок, когда он ловил равновесие.