— В камере я болтаю сам с собой, больше не с кем, — оправдывался пленник.
Могила сделал глубокий вздох и с шумом выпустил воздух через ноздри. Он говорил со снисходительной твердостью убежденного в своей силе:
— Коршун, выбирай. Официальный шмон — и никакого освобождения не будет. Тебя убьют, а Еву будут долго пытать и тоже прикончат. Из-за тебя! Или мне телефон — и наши договоренности в силе. Ты вроде не дурак, что выбираешь?
Возникла пауза. Желая поторопить пленника, Могила протянул левую руку с раскрытой ладонью, а правой расстегнул кобуру на поясе:
— Телефон или…
Я на позиции. Лежу в камышах у реки. Позиция неудачная, в низине, однако единственно возможная в данной ситуации. Лес в паре сотен метров и расположен выше. Между нами проселочная дорога и «открытка» со скошенной луговой травой. На опушке леса должен появиться Чеснок. Логичнее мне затаиться там же среди деревьев, но это невозможно. Боевики готовятся к учениям, соорудили блиндаж, вырыли окопы, сымитировали минные заграждения. И оставили на ночь многочисленную охрану.
Я покралась на точку в камышах до рассвета. Замаскировалась, приготовила винтовку, стараюсь не шевелиться. Чувствую себя охотником в ожидании зверя. Предстоит охота на матерого зверя в окружении стаи. Стая уже на месте, ждет появления вожака. Я тоже жду, прекрасно понимая, что даже в случае успеха мне предстоит побег от разъяренной стаи. Что ж, не впервой. Такова судьба охотника моего амплуа.
Время идет. С первыми лучами солнца проклинаю безоблачную погоду: солнце встает над лесом и слепит в глаза.
Наконец боевики начинают учения. Группа диверсантов под руководством Могилы должна снять часовых и просочиться через оборону условного противника. Наблюдаю сквозь оптику. А вот и диверсанты. Шесть человек, пригнувшись, двигаются узкой змейкой с десятиметровым интервалом между собой. Разглядываю каждого. Первый, второй, третий… А где же Могила? Его нет.
Холодок между лопатками. Могила знает, что я попытаюсь обнулить Чеснока, и будет работать контрснайпером. Он займет выгодную позицию на возвышении за деревьями. Ищу врага сквозь прицел. Не нахожу. Он хорошо замаскирован и ждет моего выстрела. Я обнаружу себя, и он мгновенно среагирует. Деваться некуда, я зажата между рекой и дорогой. Он всё рассчитал грамотно, диспозиция в его пользу. В охоте на охотника у него преимущество.
Сжимаю губы, опускаю руки. Отказаться от выстрела? Ни в коем случае! Я здесь ради спасения Коршунова.
Гул автомобильного движка заставляет сконцентрироваться. Черный джип комбата «Сечь» сворачивает с дороги, прет по траве и останавливается на полпути к лесу. Чеснок выходит из машины с биноклем на груди. На нем бронежилет и шлем, однако защитой шеи и паха пренебрег — тяжелые неудобные аксессуары. Ловлю силуэт в перекрестье прицела, секунду думаю: куда? Чеснок поворачивается боком и не оставляет выбора. Целюсь в шею и понимаю, я против солнца, контрснайпер может заметить блик от линзы. Выжидаю лучшее мгновение для выстрела. Чеснок опускает бинокль, шея открыта! Задерживаю дыхание и между ударами сердца нажимаю спусковой крючок. Тебе конец Чеснок!