Подо мной оказалась земля, вокруг заросли травы с меня ростом, а то и выше. Кое-где из нее пробивались головки подсолнухов, ловя высокое полуденное солнце, стрекотали кузнечики, да и весь пейзаж напоминал лето.
У меня за окном должен быть конец октября и поздний вечер.
Так, Галя, спокойствие, только спокойствие.
Я обернулась и наткнулась взглядом на рубленый деревянный дом, заросший высоким бурьяном едва ли не по самую крышу. Возле меня стояла перевернутая вверх дном деревянная бочка, на которую я залезла, чтобы оглядеться, и ужаснулась. До самого леса, окружавшего участок с трех сторон — что за домом, я не видела, — тянулся длиннющий плетеный забор, в черте которого пыталась пробиваться культурная растительность вроде подсолнухов, проигрывая страшным даже на вид сорнякам. Куда там нашему борщевику!
Пожалуйста, если это кошмар, пусть меня скорее разбудят!
— Ведьма! — услышала я откуда-то писклявый голос. — Ты вернулась!
— Кто здесь⁈ — Я едва не упала с бочки, прижав к себе урну покрепче, и закрутила головой по сторонам.
— Это я! Я! — послышалось откуда-то из зарослей.
Я вытянула шею, ориентируясь на звук, но там стояло только старое пугало в совершенно жутких лохмотьях. Такое должно отпугивать не только птиц, но и соседей.
— Кто я?
В том месте, где я очутилась, трава росла относительно низкая, мне по пояс — не больше. Идти на голос в колючие заросли совсем не хотелось.
— Да я же!
Ветер всколыхнул пугало, и показалось, что оно помахало мне одной рукой.
Я все еще всматривалась, ища неведомого собеседника.
— Да вот же я, ведьма!
Следующий порыв ветра всколыхнул ему вторую руку. Но ведь… ветра не было. А пугало уверенно махало мне двумя руками.
— Эхей! Я здесь! — кричало оно высоким голоском, совсем не вяжущимся с жутким обликом.
Это был определенно кошмарный сон, нужно просто терпеливо дождаться его окончания.
Я спрыгнула на землю, пробралась через заросли колючих и цепких сорняков к дому и села на крылечко, не самое крепкое на вид, но меня выдержавшее, приготовившись ждать.
Солнце нещадно пекло, поэтому я с опаской сдвинулась на крыльце глубже, под небольшой заметно покосившийся навес, скинув куртку и кепку. В конце концов, что может случиться со мной во сне?
Пугало пыталось еще что-то кричать, но я его игнорировала. Это всего лишь игры разума, не справившегося с потерей последнего близкого человека. И когда я вынырну из этого затянувшегося сна, я обязательно вылечусь.
Ведь осознание проблемы — это уже первый шаг к победе над ней.
Чем дольше я сидела, тем больше меня напрягала слишком странная ситуация и чересчур реалистичный сон или галлюцинации. Я, конечно, не специалист, но четкий и детализированный пейзаж, летний зной, слабый ветерок, играющий листьями, запахи разнотравья, жужжание насекомых — все это было настолько реально и осязаемо, что становилось жутко.