Сейчас же передо мной стоял не просто выбор — поддаться влечению, сексуальному голоду, который пробудил во мне аль-тур еще ночью и получить обоюдное удовольствие или нет. На кону стояли гораздо более серьезные вещи. Не хотелось сдаваться так быстро, но внутренне я чувствовала, что все делаю правильно. Сопротивляться тому, что делает с нами резонанс, становится бессмысленным. Это как оттягивать неизбежное, мучая и ограничивая и себя и свои желания, и мужчину, к которому я точно теперь уже неравнодушна. Я решила, пусть будет, как будет. Здесь. Прямо сейчас.
— Я лучше покажу — подал голос аль-тур и выдержал паузу, напряженно наблюдая за моей реакцией. Он не давил. Он показывал, что готов отступить. Этот мужчина обещал ждать меня и моего осознанного решения, и он ждал.
— Хорошо, покажи — кивнула я, и уже второй раз за день почувствовала себя так, словно шагнула с обрыва.
Планета Аль-Тур
Валерия Филатова
Рой умеет быть стремительным и быстрым. И после моего, сказанного глухим голосом, согласия он не медлил, словно боялся, что я передумаю. Поэтому рывком поднялся, вытянул меня из кресла, прижал к своему горячему телу и молниеносно переместился на округлое длинное сиденье в глубине палубы.
Посадил меня сверху, заставляя положить ноги по обе стороны от его крепких бедер, и немного отстранился, заглядывая в глаза. Эта поза, позволяющая видеть лица друг друга, не добавила мне уверенности, как и то, что все происходит при свете дня, а над нами — прозрачный потолок, через который видно розовое небо планеты и похожие на кусочки пены облака.
Три…два…один…один слишком громкий выдох… Я приблизила лицо к аль-туру, взяла в ладони его колючий подбородок и прислонилась губами к его губам, отпуская себя полностью и гася свою неуверенность и стыд.
Руки мужчины съехали со спины на мои ягодицы и прижали к паху, зафиксировав и заставив вспыхивать от ощущения твердости, которая вжималась в меня в самой середине.
Язык Роя раздвинул мои губы, довольно жестко и как-то…собственнически. Огладил небо, зацепился за мой язык и закружил с ним, затанцевал, увлекая за собой и обещая весь возможный спектр наслаждений. Рот мужчины смаковал мои губы, так сладко и голодно, что я застонала.
В голове было пусто, главенствовали только эмоции, жар, жажда, стремление тела прижаться еще сильнее, вобрать в себя еще больше огня, который кипит в мужчине, рисуя на его лице дорожки из огненных узоров. Все происходит мучительно медленно и слишком быстро.
И вот губы уже на шее, уже осыпают пульсирующими следами ключицы. Ладони уже стягивают с меня рубашку, оголяя плечи и обнажая белье. Через тонкое кружево соски топорщатся, выдавая мое взвинченное состояния. Дыхание Роя обжигает грудь через ткань. Секунда, и между мужскими губами и ноющими вершинками уже нет преграды. И язык гуляет на чувствительной коже, темно-розовая плоть погружается в рот, заставляя вскрикнуть от интенсивности ощущений.