«Без суда не имеете права, я малолетка!» — вдруг вспомнился Саргону глупый фильм времен нулевых.
Сейчас он испытывал примерно те же эмоции.
Первым не выдержал Уру.
Акургаль еще пытался апеллировать к своей должности, грозить карами от вышестоящих Алтаджинов, тогда как бывший чиновник сходу кинулся в лес, на ходу вынимая свою флейту.
Саргон безо всякой жалости метнул в него заранее подготовленный кусок глины, который вывалял в грязи для ослабления убойного эффекта.
Уру хватило: он беспорядочной грудой осел в грязь.
Так истощенный тряпичник грузно шлепает со спины потертый мешок со своим бесценным добром в жидкую гаоляньскую грязь, не в силах уже переть на своих узких, впалых от недоедания плечах изрядный груз.
Акургаля Саргон вырубил парой ударов точно в челюсть, когда Камей неожиданно схватил его сзади.
Маленькую потасовку никто не заметил, лишь осуждающе качались зеленые ветви тихого леса да смеялись с верхушки вездесущие вороны.
— Слишком опасная ситуация, чтобы и дальше быть в неведении, — объяснил он Камею свои действия, — ты слышал выводы. Теням открыли дорогу.
Тот лишь вздохнул и с мучительным смирением уставился в серое, неприятное небо.
Камей не одобрял разбирательства внутри отряда в такой опасной ситуации, но вынужденно согласился.
— Пока тебя не было, Уру тоже пропадал непонятно где. Стоило за ним проследить, но…
«Но это было не твое дело и ты самоустранился».
Каждый из них легко мог продолжить фразу.
Теперь избегание ответственности их отрядного берсерка обернулось проблемами, которым позволили вырасти и заколоситься. Чувство вины за собственное малодушие подавило робкие ростки неприятия и сочувствия товарищам.
Наверное, уже бывшим.
— Мы все делаем ошибки, — Саргон похлопал хмурого гиганта по его руке, — важно то, как их исправить. Если не сделать это сейчас, не вытащить наружу все их грязные тайны, то в один день они погубят нас.
— Как погубило меня, — угрюмо пробасил Камей, — такие тайны… в нашей ватаге тоже копились обиды, а я наказывал всех без разбора, не хотел вникать. Пока на нас не навели стражу. Действуй, Саргон. Прости, что свалил на тебя эту мерзость.
— Нам нужно узнать, почему Акургаль отпустил Цзяо, где тот ублюдок сейчас, как все это связано с Уру… а также, на что вообще рассчитывал наш десятник? Что мы не спросим? Что отвечать не придется?
Саргон почувствовал, как его мысли снова заволакивает пелена гнева. Теперь не наведенная. Целиком и полностью его собственная.
Он едва удержался, чтобы парой выверенных ударов не искалечить двух беспомощных, бессознательных людей.