— Люди, которые никогда никого не убивали… Или думают, что никогда никого не убивали — чрезвычайно редки. Даже дети черноногих режут куриц или добивают старых собак, не говоря уже про милые развлечения городской черни. У мерзких колдунов с Севера есть одно поверье: невинный младенец может отразить любое, даже гарантированно смертельное проклятие, если оно нанесено ему в особую ночь и произведена ритуальная жертва.
— Сейчас особая ночь, твоя совесть чиста, как у младенца, знак Нингаль потребует твоей крови в жертву в качестве платы. Видишь связь? — Грубо вмешался в диалог Ксин. При этом он даже оттер плечом слегка удивленного этим обстоятельством Фенга, после чего вдруг присел перед Стасом на бревно и вгляделся в него. Так, словно видит впервые в жизни.
— Сейчас самое время сказать нам, как ты добился этого эффекта. Потому что грядущий ритуал вымоет с тебя все наносное. И если ты имеешь сродство с тенями — признайся сейчас. Мы не убьем тебя. Будешь существовать с парочкой неприятных клятв, но и только. Даже заберем из отряда и начнем обучение.
— Этот недостойный новобранец просит прощения у своего куратора, но у меня нет никаких сродств. По крайней мере, я о них ничего не знаю. Как и не знал до ваших объяснений о такой своей особенности, Чжэнь лао сянь-шен, — Как можно более искренне ответил ему попаданец.
— Вот как. Значит, не знаешь? — Ястребиный взгляд Ксина из просто напряженного стал ищущим, неприятным. Хотелось опустить голову вниз, заорать на него, даже вцепиться ногтями в это до тошноты правильное мраморное лицо. Лишь бы не ощущать на себе этот рентгеновский взор культиватора.
— Поверим ему на слово, Чжэнь-эр? — В словах Сюэли содержался какой-то подтекст, но Стас так и не смог его расшифровать. Эти двое будто продолжали какой-то давний спор, и сейчас Ксин оказался вынужден отступить. Что его совершенно не радовало.
— Я все же расскажу тебе, в чем дело, и что требуется лично от тебя, Саргон, — Зам коменданта снова вернул себе улыбку на лицо, на что попаданец только вздохнул с облегчением. Все же позитив мужчины был в какой-то степени заразным, а вместе с аурой — еще и чертовски располагающим и обнадеживающим. Очень важная черта, когда вас жалкая кучка против целого сонма уродливых демонов трупохранителей.
— В конце-концов, ты один из немногих в нашем благословенном Форте, кто выдвинул ту же версию, что и я. Это удивительно, но и приятно тоже. Значит моя идея действительно имеет право на жизнь. М-да, чувство правоты и злость на людей. Сладко и горько, — Тихо рассмеялся Фенг, — Предатели действительно есть внутри, я в этом убежден. Ты готов помочь мне и остальным людям, Саргон?