Стасу не хотелось умирать еще раз. Однако еще больше ему не хотелось видеть смерть своих товарищей. Они уже потеряли Сяня. Талантливого, уверенного в себе и серьезного на вид паренька, который мог вырасти во что-то большее, спасти когда-нибудь жизнь другим. Своему брату, или Саргону, или даже Акургалю, а то и самому куратору.
Каждый из отряда был важен. Причем для Форта в целом, а не только для самих себя, как кружок по интересам или даже компания друзей. Они еще не являлись спаянным отрядом ни в смысле братства, ни в качестве серьезной боевой единицы. Однако Стас верил: скоро все станет иначе. В конце-концов, каждый из них делал шаги навстречу.
Быть может, кроме Ма, но сам попаданец все еще немного злился за него за тот наезд, едва не стоивший ему перерождения. Поэтому не пытался осаживать остальных или прикрыть Иккагецу, хотя и тщательно давил себе ростки злорадства или нотки удовлетворения от проблем бывшего вора.
«Мы Первый Отряд. Мы замечательные, и совсем не только благодаря моим перерождениям», — Слегка улыбнулся он, пока пламя костра плясало у него в зрачках.
Стас моргнул, отвернулся от огня, куда гипнотически пялился уже несколько минут. Лишь затем заметил Фенга и Ксина, которые сели чуть поодаль небольшого костерка. Зам коменданта махнул Саргону рукой, подзывая его к себе, после чего уже знакомый ему полог тишины окутал пространство вокруг открытого огня. Четверка стражей никак на это не реагировала. Они так и продолжали смотреть из-за деревьев или угла здания за окружающей обстановкой. Причем бойцы скрывались в наступившей ночи так хорошо, что даже Стас с его ночным зрением не мог разглядеть ни одной детали защитников. Даже элементы одежды, ее цвет или фасон. Только силуэты и грани.
— Ты видишь их, — Начал Фенг прерванный разговор.
— Вижу кого? — Попаданец сначала недоуменно моргнул, а потом как ПОНЯЛ и похолодел. Даже застучал зубами от нахлынувшего приступа ужаса. Страх перед Ба Мяо давно притупился из-за полового инстинкта и банальной человеческой симпатии. Однако те объятия теней до сих пор вызывали у него кошмары. Пугали до замирания сердца, оставляли фантомные боли на коже, заставляли тщательно вслушиваться в собственные ощущения, когда крутило живот, кололо в боку или жгло в почках. Простая ли это болезнь, или похоже на ту изнуряющую, тянущую все жилы боль от мерзкого проклятия?
И сейчас он понимал, что оказался как никогда близок к повторению того печального опыта.
— Ты знаешь, чего бояться, — Констатировал факт Ксин, — И понял, о чем речь. Обычному человеку очень сложно преодолеть подобную маскировку. «Затаившийся дракон в бамбуковой роще» прекрасно отвлекает зрение. Даже у меня иногда скользит взгляд. Ты же без труда находишь глазами любого из четырех разведчиков. Да, я специально следил, — Подтвердил гвардеец в ответ на поднятые своим товарищем брови.