— Чтоб я еще раз появился на собрании этого лаобусыдэ (старый и никак не сдохнет)! — Прошипел Ксин.
— Там есть порядочные люди.
— Это не важно, пока решения принимает он сам. Даже удивительно, как у такого лаохо (старый хлам) появилась нормальная дочь. Не иначе, как мать нагуляла ее с кем-нибудь покрасивее и поумнее. С голодными духами, восставшим трупом, или, там, сучковатой веткой.
Стас едва мог сохранять нейтральное выражение лица. Он не знал, что сейчас хотел сделать больше: заржать, как сумасшедший, потереть руки от новых сведений или покачать головой от такой беспечности. Ругать коменданта последними словами непонятно перед кем. Разумеется, они оба говорили тихо. Так, что Акургаль наверняка ничего не услышал. Акургаль, да, но не его подопечный.
Впрочем, особо переживать этим аристократам не стоило, даже вопи они о мужеложестве и лояльности к женским изменам почтенного Ба Цзы перед всем лагерем новобранцев. Потому, что слово смерда практически ничего не стоит в этом мире. А уж хула на аристократа, да еще будучи заключенным. Да еще под формальным командованием этого самого аристократа. Такого кретина не будет жалко и самому сердобольному монаху из буддистских храмов. Даже если они метелкой сметают насекомых со своего пути, то наверняка сделают исключение и раздавят настолько праздничному идиоту какую-нибудь скорлупу или ложноножку. Исключительно из-за удивления его никчемностью и тупостью.
В общем, Стас слушал и мотал на ус, одновременно проверяя, насколько хорошо закрепили демона. Может поэтому он и не обратил внимания на небольшую паузу в разговоре. А потом стало уже поздно: кулак гвардейца Императора ударил его чуть ниже загривка. Атака бросила парня на пол и частично парализовала. Попаданец только и мог теперь, что хрипеть и сучить конечностями, как перевернутый на спину жук.
— Сначала, я должен задать несколько вопросов нашему не по возрасту прыткому сорняку, — Спокойно сказал Ксин над распростертым телом своего подчиненного. Акургаль рядом замер на месте, не зная, что именно ему предпринять. Впрочем, он почти сразу победил замешательство, глубоко поклонился Чжэнь лао сянь-шену, чуть менее — И Шенгу, после чего встал перед дверью, чтобы никто другой не потревожил двух родственников.
— Что…я вам…сделал? — Кое-как сумел прохрипеть Стас, чем слегка удивил врача. Его племянник же отнесся к словам абсолютно равнодушно. То есть попросту их проигнорировал.
— Он ведь не практик, верно? — С любопытством спросил Шенг.
— Верно.
— Тогда почему он еще в сознании? Мало того, способен к связной речи. Ты же использовал: «Прорывающее плотину течение Вэй»?.