— На я не разбираюсь ни в том, ни в другом! — Ошарашенно ответил ему Стас.
— Остальные тем более, — Мрачно заявил десятник, — Я расскажу тоже самое, что мне передал лавочник. А ты уже сам решай: возьмешься или доверишь все мне. Как показала практика, у тебя есть исключительный талант вытаскивать отряд из неприятностей, — Акургаль позволил себе скупую, но искреннюю улыбку.
— Я попытаюсь, — Со вздохом на устах и волнением в сердце ответил он.
— Подожди, только раздам приказы этим живоглотам, — Пробурчал десятник и уже другим, командным голосом продолжил:
— Эй, Ма, Кань, Камей — идите готовить жрать. И Камей — только попробуй скрысить ту еду, которую вы с остальными нашли в развалинах!
— Обижаешь, командир!
— Проверь ее на гниль! Еще отравиться перед делом не хватало для пущего счастья. Вы двое! Чтобы выяснили все о клятых символах! Не слышу? Хорошо. Все, теперь пойдем, — Под конец обратился десятник к Стасу.
Сначала они с Акургалем приблизились к шконке, на которой метался в поту Чжан Юлвей, их мечник-аристократ.
— Я понимаю, что ты дружен с нашим фармацевтом, но толку от него теперь будет немного. Все равно ведь не успеет приготовиться. Или он говорил, что-нибудь про готовое зелье? Ну то, которое ослабляет демонов? — С надеждой в голосе спросил он. Стас лишь покачал головой.
— Тогда сосредоточься на Юлвее. В конце-концов, твой дружок никуда не денется, а ставить его на ноги перед боем опаснее, в первую очередь, для него самого.
— Для этого мне нужно знать, что тебе сказал доктор.
— Не доктор, — Досадливо поморщился Акургаль, — До него меня не допустили. Про траву сказал Чжэнь лао сянь-шен, а господин распорядитель подтвердил и дал пару советов.
— Хотя бы так, — Сквозь зубы прошипел Стас.
Он понимал — изучить тело демона из грядущей волны куда важнее, чем пытаться спасти жизнь даже целому отряду, хотя и странно, почему такие дела поручают И Шенгу, когда есть целый внутренний город с боеспособными отрядами. Понимал и даже принимал.
Вот только чувства внутри него говорили о другом. Люди редко склонны слушать глас рассудка, когда сердце и разум сталкиваются лбами. Но Стас знал всю ничтожность и неуместность собственных заявлений, поэтому не сказал ни слова. Лишь молча выслушал объяснения десятника.
Ксин и местный завскладом дали только два вида лекарств. Первое — трава, которая заставляла бурлить внутреннюю энергию. Довольно специфичное и мало где применяемое растение из-за слишком общего эффекта. Ни для отравлений, ни для ран она не годилась. Зато могла активировать потухшую активность организма.