— В общем, — Сдался Уру после укоризненных взглядов остальных, — Против демонов это било подействует очень хорошо, а против людей — не лучше любого другого. Но все, конечно же, зависит от нашего героического не по возрасту и талантливого не по уму соратника.
— Тут я решаю, что и кому здесь по уму, а что — нет. А по возрасту у нас критериев для новобранцев нет. Раз годен — значит взрослый. Ай, что я тебе объясняю? Саргон, тебе помочь поставить это било на палку? Я даже знаю подходящую…
— Нет, спасибо, уважаемый, но у меня есть пара идей. Если получится, то я все же сумею превратить рукоять и этот чудесный подарок в нормальный кистень, а не подобие дубинки.
— Ну, раз есть, тогда ладно. Только дослушай новости.
— А мы еще не все прослушали? Может поедим сначала? — Предложил непоседливый Кань. Чем заслужил очередного леща, теперь от Камея.
— За что? Ты не мой отец, чтобы наказывать за длинный язык!
— Ты просто дергаешься, как та кукла с рукой в заднице у уличных аристов. Давай, не стесняйся, выскажи мне свои возмущения. Моих подзатыльников еще много. Больше, чем звезд на небе, песка на берегу и волос в носу у твоего батьки.
Тем временем продолжалась бессмысленная перепалка, а сам десятник напряженно собирался с мыслями и механически ставил тяжелый котелок на огонь. Стас же размышлял над словами Ба Мяо. Ее ли словами? Или чужим предсказанием? Он пока не видел разницы. Лишь чувствовал, что она есть — и существенная.
«Вот какой смысл во фразе: „Призрачный лунный свет посеребряет все?“. Или как мне избегать перекрестка теней, если я не знаю, что это такое? Ладно, хоть все понятно с железом и факелами: первое не наносит нормальных ран, то есть бить надо наверняка, а вторые тупо гаснут, как, подозреваю, и любой другой огонь. Костры, там, лучины. Гм, а что насчет гнилушек? Это ведь фосфоресцирующий элемент, а не открытое пламя. Хотя свет от них, конечно. Хотя, раз десятник их принес, значит должны работать. В любом случае, минус одно беспокойство».
— Наговорились? — Хмуро оборвал людей Акургаль, когда препирательства начались по второму кругу, а животы новобранцев стали дружно издавать печальные и гулкие трели, — Про безлунную ночь знаете? Вижу по глазам: знаете. Ну так вот вам еще полная тарелка радости: демоны начнут очередную волну уже сегодня, в самый темный час перед рассветом. Последний отложится на хрен знает когда, как вы сами понимаете. Мы выдвинемся к стене вскоре после того, как луна окончательно скроется с неба и примем бой.
Воцарилась гнетущая тишина, которую прорезали возмущенные, жалостливые, гневные и прочие эмоциональные вопли. Стас не участвовал в общем безумии: не наседал на десятника, не упал на колени, моля Богиню о милосердии, не зарыдал от безысходности, как Мао. Нет, он все также продолжал размышлять о загадке противодействия демонам.