Наговорившись с родителями владыка засобирался обратно в столицу, где ему снова придется следить за каждым своим словом и держать лицо. Здесь в доме родителей он мог расслабиться и побыть просто сыном, которого знали, как облупленного и любили не смотря на все его недостатки. Для него это было очень ценно. Поцеловав руку матери и осторожно погладив ее круглый живот, Галадриэль пожал руку отцу.
— Поезжай через Дансталь, — посоветовал отец, — сделаешь крюк, но зато посмотришь, чем там эльфы живут.
Галадриэль так и поступил, как раз заночует в Данстале, а с утра отправится в путь и к вечеру уже будет во дворце. Но до города владыка и его отряд охраны добраться не успели с моря неожиданно пришла черная мгла.
— Туман слишком густой, если до захода солнца мы не найдем укрытия, нам конец, — мрачно сказал старший гвардеец.
— Ищите, хоть корягу под которой можно спрятаться, — скомандовал владыка. Туман становился все гуще и чернее, дороги было не видно и поводья коней начали покрываться ледяной коркой.
— Тут ничего нет. Лес молодой, после нашествия песчаников, ещё не успел вырасти, а до гор на побережье мы не успеем добраться, — в голосе гвардейца чувствовалась обречённость, — Поисковая магия во мгле не работает. Придется жертвовать конями, но не уверен, что это поможет.
— Подожди, смотри! — Владыка вгляделся в тьму, — Там свет. Это сигнальный огонь!
Гвардеец тоже посмотрел и удивлённо вскинул брови. Сквозь черную непроглядную мглу вдалеке пробивался небольшой огонек, он тускло светился, но этого было достаточно, чтобы его увидеть. Мужчины не сговариваясь повернули в сторону огня. Кажется прошла вечность, когда они въехали во двор небольшого дома, рядом с которым стояла высокая башня, очень похожая на морской маяк, только размером раз в десять меньше. Обледеневшие мужчины, слезли с коней, рассыпая по мощеному камнем двору, ледяную крошку и увидев возле башни длинный приземистый сарай поковыляли к нему, едва переставляя ноги и втягивая за собой лошадей. Это оказалась старая конюшня, помимо нескольких ветхих загородок для коней, у дальней стены стояла маленькая печка и кучка сухих дров.
— Не иначе духи помогли, — благоговейно выдохнул один из гвардейцев. И все, включая владыку, горячо поблагодарили духов. Закрыв дверь в конюшню, они распрягли коней, сена здесь было вдоволь, так что животные не будут голодать, а сами затопили старенькую печь и расселись возле нее кружком, на дырявых попонах, найденных в углу.
Утром владыку разбудил тихий скрип и шорох, приоткрыв глаза он заметил сквозь щель в стене между досок две пары глаз.