— Энди, а разве… — пролепетал шкипер, тоже начавший что-то понимать.
— Ты его предупреждал, — я спрыгнул обратно на палубу «Заглотыша». — Так что он выбрал сам.
Мы видели, как Сэлби воровато оглянулся, носорожьей рысью нагнал красотку, облапил за талию и увлек в темноту под навесом склада…
Миг тишины, послышалось странное удивленное «Мрыуу?» затем над пирсом и складами пронесся вой, полный ужаса и боли — человека будто раздирали на части. К счастью, крик тут же оборвался…
— Боже ты мой… — Магнус перекрестился. — Ужасный, ужасный город!
— Да, со здешними девицами лучше оставаться посдержаннее, — пробормотал я. — Это ты еще в «Океанско-Коммерческом» ту оливковую леди не видел…
На двух кораблях перекликнулись обеспокоенные воплем вахтенные, но все уже затихло. Ночной порт — место, где случается всякое.
— Неужели, ему конец? — прошептал шкипер.
Иллюзий мы не питали: пусть крик был краток и искажен болью, узнать гнусавый голос сэра-солдата было несложно.
Донесся едва слышный всплеск — похоже, воды Глорской бухты приняли останки неустрашимого солдата. Что ж, по крайней мере, герой умер веселым, нетрезвым и преисполненным радужных надежд.
— Кстати, а где Док? — спросил я, отходя от борта.
— За добавкой пива пошел, — Магнус поежился. — Думаешь, он… тоже? Болтал же что-то о девках, плешивый пьянчуга.
Мы оглянулись на страшную шхуну с которой спустилась обманчивая девушка-наживка
— судно стояло тихое и безучастное, на его корме красовалось незатейливое название — «Коза».
— Вряд ли все здешние леди сплошь оборотни, козы или кошки. Может, доктору повезет, подцепит нормальную шлюху, — призвал я веровать в лучшее…
Док заявился под утро, потрепанный, но живой и с двумя бутылками джина. Порывался что-то рассказывать, но язык его заплетался, да и так утеря новой куртки, следы помады на шее и распухшая скула служили достаточно ясными вехами нелегкого маршрута ученого алкоголика. Мы поспешно отобрали джин и направили гуляку в рундук.
Док упал и захрапел, а мы решили распрощаться с портом. К выходу из гавани уже тянулись рыбачьи баркасы и лодки, наш «Заглотыш» не слишком отличался от них, и мы надеялись проскочить.
— Не могу сказать, что мне так уж не хватает Сэлби, — признался шкипер, когда мы поднимали парус. — Но еще две-три пары рабочих рук нам бы не помешали.
— Ветер попутный, доберемся живо, — заверил я. — Не волнуйтесь за нее, сэр. Весьма крепкая леди.
— Оставлять связанными людей на столь долгий срок — непростительный грех и свинство, — грустно сообщил Магнус и спохватился: — С какой стати ты решил, что я беспокоюсь за эту бродяжку⁈ Еще чего не хватало!