Оставалось надеяться, что ряды холмиков — это Могильное плато. Там хоронили тех, кто не дожил до подъема. Но от него до портальной площадки на границе второго яруса Бездны было рукой подать. Это — наш шанс, а другого могло и не быть.
Рискнув перегнуться дальше, я буквально завис над краем обрыва — и, направив всю мощь сфирот в зрение, присмотрелся к идущим вдаль стенам.
Верно, ошибки быть не может. За тысячу лет здесь многое поменялось, но я узнавал эти переходы, Стену Зубцов, обрывистые озёра и Плато Бегущих!
— Рикка, нам туда! — я указал на видневшуюся в голубой дымке поляну, покрытую бледно-голубым ковром цветов. — За во-он той поляной должен быть такой же переход, через который мы попали сюда.
— Далеко… — замершая от величественного зрелища девушка тихо прошептала. — Откуда ты знаешь? Это тоже было в той книге?
— Ага.
Чёрт, мои слова звучали глупо. Даже дура уже начала бы подозревать, а Ширасаги не была дурой.
— Рэйджи, я не понимаю, — нахмурилась она. — Если мы сюда попали, то кто-то создал тот портал. Но для портала нужны силы не меньше архимага. У кого на острове хватило на это сил и мастерства? И зачем?..
Я вспомнил карту первого яруса, которую мы с товарищами составили ещё тогда, в первый спуск. Дорога до портала займет не меньше двух дней. Нам предстояло пройти через безумно опасные места, ещё и вдвоем. Без абсолютного доверия друг другу мы даже половины пути не осилим.
Но самое худшее, нам придётся идти вниз, глубже в Бездну.
— Уходим скорее, те твари начали волноваться, — пропустив вопрос мимо ушей, я кивнул на крошечные точки вдали, стремительно приближавшиеся к нам. — Пошли.
Мы быстро вернулись на укрытую винтовыми деревьями тропу, уходящую вниз. Шаг за шагом, минута за минутой мы втягивались в обманчивую красоту первого яруса. Кудрявые травинки пружинили под ногами, вездесущие никке-ти то и дело выбегали перед нами, водя сдвоенными хоботками-носами в поисках пряного запаха.
— Красиво, да? — я посмотрел на Рикку. Девушка кивнула, не переставая водить взглядом по сторонам. Умничка, запомнила мои слова и вела себя осторожно.
— В этом и есть коварство этой чёртовой дыры. Ты теряешь бдительность, успокаиваешься. Думаешь, что всё в порядке. И не знаешь, что уже ступил в её ловушку.
Мы прошли, должно быть, около часа, когда деревья расступились. Тропинка вынесла нас на край уступа, нависшего над полянкой метрах в семи внизу.
Оставив Рикку у деревьев, я осмотрелся: крылатые и парящие твари были далеко и не видели нас. Я подошел к краю и взглянул вниз. Всё выглядело спокойно: редкие кустики, обсыпанные черными ягодами, валуны, перевитые землистыми жгутами лиан, кудрявая трава и несколько шестикрылых бабочек.