Я бросила быстрый взгляд через зал. Селена больше не смотрела в нашу сторону, но её губы кривились в подобии победной улыбки.
— Ты… — я запнулась, не зная, как спросить о том, что беспокоило меня больше всего. — Ты возвращаешься к прежней жизни?
Радон резко выпрямился, его глаза потемнели.
— Нет, — твёрдо сказал он. — Я еду домой, чтобы раз и навсегда прояснить ситуацию. Этот разговор нельзя откладывать, особенно теперь, когда всё зашло так далеко.
— Ты собираешься… — я не смела произнести это вслух.
— Разорвать помолвку? Да, — решительно ответил Радон. — Именно это я и собираюсь сделать. Сказать отцу, что я не женюсь на Селене, чего бы мне это ни стоило.
Я опустила глаза, чувствуя смесь облегчения и страха.
— Но родовые клятвы… — прошептала я.
— К чёрту родовые клятвы, — отрезал Радон, и его голос на мгновение привлёк внимание ближайших столиков. Он понизил голос и наклонился ко мне: — Ты нужна мне как воздух, Меллина. Я не позволю древним традициям и амбициям отца встать между нами.
Я смотрела в его глаза, такие решительные, такие уверенные, и не могла не верить ему. Но всё же червячок сомнения грыз моё сердце. Отец Радона был одним из самых влиятельных драконов в королевстве, человеком, чьё слово могло решать судьбы.
— А если он не согласится? — спросила я.
Радон накрыл мою руку своей.
— Я делаю выбор, — просто ответил он. — И этот выбор всегда будет в твою пользу, Меллина. Всегда.
Мы сидели так несколько мгновений, глядя друг другу в глаза, пока шум столовой не отдалился, став неважным фоном. В этот момент существовали только мы двое — наследник древнего рода и девушка из таверны, нашедшие друг друга вопреки всем препятствиям.
— Когда ты уезжаешь? — наконец спросила я.
— После обеда, — ответил Радон. — Не хочу затягивать с этим разговором. Чем дольше я откладываю, тем больше времени у отца на подготовку контраргументов.
Я кивнула, понимая его логику. Элемент неожиданности мог сыграть ему на руку.
— Я буду ждать, — сказала я, сжимая его пальцы.
— Я знаю, — он улыбнулся, и эта улыбка согрела меня изнутри лучше любого пламени. — И я вернусь к тебе, что бы ни случилось.
Звонок, возвещающий о начале занятий, прервал наш разговор. Столовая начала пустеть, адепты торопливо допивали чай и собирали свои вещи. Мы тоже поднялись, готовые отправиться на лекции.
— Увидимся перед моим отъездом, — сказал Радон, провожая меня до двери столовой. — У главных ворот, после третьей пары.
Я кивнула, чувствуя, как сжимается моё сердце при мысли о предстоящей разлуке, пусть и временной.
Пройдя несколько шагов, Радон вдруг остановился и, не обращая внимания на окружающих, притянул меня к себе. Его губы нежно коснулись моих в коротком, но полном чувств поцелуе.