Оглядываться не надо. Ещё раз на него смотреть – не заслужил.
Но я продолжаю чувствовать жжение и не сдерживаюсь. Бросаю быстрый взгляд через плечо. Он ловит.
Складываю губы во внятном: «пошел. Нахуй».
Ничего не боюсь, потому что мне ничего за это не будет. Но он и не злится. Улыбается. Качнув головой, смотрит в ответ. На месте злости в его глазах тот же азарт, что во мне.
Незнакомец ведет по волосам, убирая челку, и кивком снова отправляет меня танцевать.
Какое-то время следит. Я это чувствую. Чувствую… Чувствую…
А потом, оттолкнувшись от перилла, отворачивается и уходит. Мне не нужны его инструкции. Я их не просила. И знакомиться с ним не хочу. Но вместе с его вниманием уходит и будоражащее жжение.
Только на губах ещё долго играет улыбка.
Лолита
Запуск ночного клуба взрывает этой ночью столицу.
Сет от приглашенного берлинского диджея сопровождают танцы неоновых роботов на ходулях. Он крутит техно до рассвета. Бармены жонглируют шейкерами, разливая яркие коктейли, которые сочетают вкусовую палитру начиная с маракуйи и заканчивая перцем чили. Под потолком парит светящийся квадрокоптер, снимая сторис в реальном времени, а интерактивный танцпол реагирует на движения и меняет цвета под диджейские биты.
Сбоку на первом этаже, попивая те самые коктейли, работает татуировщица, клепая спонтанно-пьяные и при этом потенциально вечные микро-тату прямо на танцполе.
Мы с Катюшей танцуем, пока гул ног не заставляет подняться и передохнуть.
Алкоголь мешается с кровью и расслабляет бесповоротно. Слишком тяжелые мысли вязнут в легкости окружающей атмосферы. Я пытаюсь вспомнить, что тревожило совсем недавно в машине, и уже не могу.
Мне хорошо, а может быть даже чертовски классно. Только жалко Марка, который даже в довольно жарком помещении не может позволить себе снять форменный пиджак.
Я не сука и не тварь. И мне жалко, что он должен проводить эту ночь со мной здесь, а не дома со своей семьей. У моего охранника дочка-подросток и шестилетний сын. Красавица-жена Мариша. Самому Марку – сорок два. Он бывший профессиональный спортсмен. Ему сто лет не нужны мои тусовки, зато очень нужна высокооплачиваемая работа.
Я знаю всё это, потому что иногда мы общаемся. Он мой охранник уже три года. Мы не близки, не друзья, но и не чужие тоже.
Просто сегодня сбалансировать наши с ним интересы не могу. Меня несет. Жизненно важно быть именно здесь.
Хочется быть громкой. Жить ярко. И сходить с ума от вседозволенности.
В нашем распоряжении – один из лучших вип-балконов. Это щедрый подарок от Артура младшей сестре и её подругам. Артур к нам несколько раз тоже подходит.