«…Ты гнездо орла видела? Холодное, четыре ветра продувает его. А у барсука нора теплая, уютная, но орел не будет в ней жить, плохо ему там, темно и барсуком воняет!»
Всадник с молнией в руке
И я, получивший в наследство
Стихи, что живут до сих пор,
Был ранен, как многие, с детства
Судьбой твоей, женщина гор.
С надеждой певала мне тоже
Ты, люльку качая мою:
«Хочу, чтобы вырос хорошим
Сыночек мой. Баю-баю».
В нагорных аулах до срока
Не старили годы мужчин,
Но было тебе недалеко
От свадьбы до первых морщин.
Расул Гамзатов «Горянка».
2013 год .
Сухой, иссушающий воздух степей принес в город пыль и терпкий запах гари — где-то за Волгоградом недавно полыхал пожар. Сам дым до улиц не добрался, но утреннее небо словно напиталось этой тревогой: в каждом вдохе чувствовалась горечь, а над крышами зависала невидимая, тяжёлая нота, делавшая свет бледным и бесцветным.
У ворот университета толпились студенты — кто-то с дипломом, зажатым под мышкой, кто-то с яркой папкой в руках. Они оживлённо смеялись, переговаривались, снимали бесконечные селфи, будто пытались уловить миг между детством и взрослой жизнью. Белые рубашки и лёгкие платья, трепещущие на ветру, резко контрастировали с низким серым небом, будто затянутым мутной, тусклой плёнкой.
Волгоградский государственный университет, массивный и слегка угрюмый, глядел на площадь широкими рядами окон, словно усталыми глазами. У бетонных ступеней стоял густой запах нагретого асфальта и пыли, клумбы с редкими цветами выглядели так, будто высохли ещё до того, как началось лето. Всё здесь дышало жарой и сухостью, от которой хотелось прищуриться и глубже вдохнуть.
Алия присела на серые ступени, расправляя складки своего голубого сарафана; ткань мягко легла по коленям, колыхаясь от лёгкого ветерка. В руках у неё была дипломная работа — страницы шуршали под пальцами, но каждая строчка уже давно отпечаталась в памяти. Она перелистывала их скорее машинально, чем с целью повторить, — впереди оставалось ещё с полчаса до предзащиты, и сердце билось удивительно ровно
Она улыбнулась самой себе, откинула с лица длинные пепельные волосы — и на мгновение в её движении мелькнула та лёгкость, с какой школьники бросают портфель в угол после последнего звонка. Двадцать минут, и можно будет выдохнуть. Ведь сама защита — всего лишь формальность, настоящая схватка должна была состояться именно сегодня, на предзащите. Там, где взгляд «учёных мужей» — строгий и внимательный — будет решать её судьбу. А многие из них заранее были недовольны: тема, выбранная Лией, слишком острая, спорная, словно пропитанная скрытой опасностью.