Девицы удалялись всё дальше, настроение портилось всё сильнее, и тут…
— Эльфийка! — вдруг наклонился вниз брат, едва не падая с балкона.
Я удержал его за шиворот, сам вглядываясь туда, куда смотрел он.
Тоненькая светловолосая фигурка с опущенной низко головой шла на приличном расстоянии от остальных, видимо опоздав. Ну как шла. Девушка плыла будто. С её макушки, прикрывая шею и плечи, свисала до самого пола какая-то ткань. Но острые кончики ушей всё равно было видно. Розовые, длинненькие кончики ушей, если быть точным.
Прежде эльфиек у меня не было. У брата вроде тоже. Из всех эльфов в нашем дворце — наложница отца и её высокомерный сын. Никто из них у нас, естественно, никакого интереса не вызывал. Разве что дразнили брата остроухим снобом.
Но тут-то другое. Девушка! Настоящая эльфийка! И сразу видно, что скромница ещё та. Таких как раз интереснее всего портить…
Мы с братом многозначительно переглянулись. Кажется, думали об одном и том же. В глазах Дана зажёгся азарт. Уверен, в моих тоже.
— Ну что, кто первый, на спор? — протянул я ему ладонь.
Брат с предвкушением её пожал. И оба мы вновь вернули внимание к хрупкой фигурке. Уверен, я смогу соблазнить её быстрее… Представив, как сладко это будет, сыто усмехнулся.
— Когда эта малышка станет моей, ты отдашь мне свой новенький магический меч, — вклинился в мои фантазии брат.
— И не мечтай. Это я заберу у тебя ту шкатулку для хранения артефактов, что тебе подарила дочь дипломата от сирен.
Ох, и шуму было, когда её застали прямо в его покоях. Отец тогда пригрозил, что вовсе нас вышлет из дворца обоих и лишит содержания. Но, конечно, не выслал и не лишил. И уже следующую ночь горячая полукровка-сирена провела в моих покоях… Жаль только, шкатулку уже отдала брату.
Дан лишь бровь приподнял, намекая, что никакая шкатулка мне не светит, а потом вновь перевёл плотоядный взгляд на эльфиечку, что скоро точно станет моей. А потом отправится домой или в гарем к старшему брату, в жёны-то он её точно после не возьмёт… А вот нам, к сожалению, отец запретил заводить гаремы.
Мири
Оказаться на отборе невест для меня было подобно самому страшному кошмару. Я у себя-то дома лишний раз старалась не выходить из своих покоев, чтобы ни с кем не сталкиваться. А тут столько людей, и большинство из них беззастенчиво меня рассматривают!
Однако приходилось делать вид, что мне до этого нет никакого дела. И к слову, это хотя и доставляло неудобства и ужасно смущало, но удавалось мне лучше всего. Как, впрочем, и всегда.
Ведь всю свою жизнь я была лишней. Приёмная дочь-эльфийка в человеческой семье — видано ли дело? Мне приходилось жить с этим осознанием, не показывая, что всё прекрасно понимаю и вижу. С самого детства.