Контурщики молчали. Понимали — их посылают в самое пекло. Вчера в центре была адская жара, сегодня будет ещё хуже. Но они — наёмники. Вопросы задавать не полагалось — работа есть работа.
— Отлично. Выдвигаемся через десять минут. Так что успейте получить дополнительные эфириты у интендантов, и лучше — проверьте снаряжение, потом будет не до этого.
Группа разошлась к обозным повозкам.
Старик Железнов наблюдал за сием действом в стороне. Соболев превосходно справлялся с организацией. Молодой, но способный офицер. Через пару лет из него выйдет отличный командир.
Архимагистр заметил краем глаза приближение — самого Соболева и того самого юноши в маске воробья. После чего выпрямился, сложил руки за спиной. Принял спокойный, благодушный вид. Дескать, старый учёный, желающий поболтать с молодым бойцом. Ничего подозрительного.
Соболев козырнул.
— Господин архимагистр. Привёл «Воробья», как приказывали.
— Благодарю, капитан. Можешь идти.
— Есть. — тот развернулся и удалился.
Железнов же окинул юнца внимательным взглядом. Вблизи эфирное марево артефактов ощущалось ещё отчётливее, хотя для любого другого практика всё ещё оставалось невидимым. Деревянная маска воробья скрывала лицо мальчишки полностью, даже глаза и те были скрыты чёрной сетчатой тканью.
— Доброе утро, молодой человек, — начал архимагистр мягко, как-то даже по-дедовски. — Как тебя зовут? Или предпочитаешь прозвище?
— Александр, — ответил тот после короткой паузы. Негромко, скромно. — Но зовите как удобно, господин архимагистр.
— Александр, значит. — Старик кивнул. — Я хотел поговорить о вчерашнем бое. Мне доложили, что ты показал выдающиеся результаты. Настрелял более чем на три тысячи рублей по подтверждённым данным. Для стрелка, ещё и новобранца, подобное — впечатляющее достижение.
Воробей слегка наклонил голову.
— Спасибо. Старался сделать свою работу.
Железнов усмехнулся.
— И у тебя получилось. Слышал, ты снимал цели с четырёхсот метров в пургу. Ранил мастера. И это только то, что видели твои командиры. Полагаю, реальные цифры выше?
Юнец пожал плечами.
— Возможно. Не считал. Было не до того.
Старик усмехнулся. Скромность. Показная или настоящая — пока неясно. Но держится мальчишка удивительно спокойно. Без малейшего признака нервозности, страха или особого почтения. Разговаривает с архимагистром Империи столь естественно, что вызывает ещё больше вопросов.
«Удивительно? Нет, даже странно. Кто же он такой?»
Любой другой обычный юноша, даже из знатного рода, стоя перед архимагистром, проявлял бы хоть какое-то волнение. Или желание произвести впечатление. Ну, или, наоборот, зажатость от осознания разницы в статусе и силе.