Зато с сыновьями я почти регулярно созванивалась и списывалась. Все эти дни, что я готовилась к уходу от их отца, я держала свои планы в секрете, чтобы они случайно не проговорились ему и не выдали меня, зато теперь могла говорить с ними открыто.
Что Артур, что Артём были в шоке от новости о нашем с Сашей неожиданном разводе, до этого момента думая, что у нас всё хорошо и нет никаких проблем.
Но всё было так же, как и с фотографиями. Мы с мужем многое скрывали от них, по понятным причинам не втягивая сыновей в наши конфликты, притворяясь ради их спокойствия.
И наше с ним притворство зашло так далеко, что я уже не могу с точностью сказать, когда же именно всё пошло наперекосяк, где были настоящие чувства, а где фальшивки.
А спустя несколько дней после откровенного разговора мне позвонил Артур, чтобы пересказать мне свой разговор с отцом, хотя я его об этом не просила.
И если я пыталась сгладить все углы, чтобы не выглядеть обиженной женщиной, которая готова полить бывшего с ног до головы грязью, сохраняя достоинство несмотря на бурлящее во мне разочарование в Саше, он решил поступить иначе, не постеснявшись рассказать сыновьям, какой же ужасной женой я была. И если он подобное мог ляпнуть нашим детям, которые прекрасно меня знают, то страшно представить, какие истории он рассказывает своим друзьям и знакомым, рисуя меня в их глазах каким-то монстром.
Как я поняла из эмоционального пересказа Артура, которого очень зацепили слова его отца, настолько, что они поссорились, для мужа я была обузой, тянущей его вниз. Неинтересная, предсказуемая, прилипчивая, излишне эмоциональная, вечно всем недовольная и постоянно чего-то требующая обуза.
Я его прямо-таки душила своим скверным характером, медленно, ложка за ложкой, выедая ему мозги.
Ну и, конечно же, Саше не хватило смелости сказать мне всё это в лицо. Он не предлагал мне обсудить наши отношения, не хотел поговорить о проблемах в нашем браке, хотя я не раз его к этому подталкивала, уже очень долгое время не был со мной откровенен, но при этом продолжал играть со мной в семью, буквально изживая меня.
— А ещё он нас с Артёмом зовёт к себе на выходные, чтобы познакомить со своей Аллой. Насколько я помню, она переехала к нему вчера вместе со своей дочкой. Девочке где-то десять, если я не ошибаюсь, и он с гордостью называет её своей дочкой. Он даже уже похвастался, что купил ей на день рождение телефон.
— Дочкой… Ты хочешь сказать, что…
— Не, мам, ты не так поняла. Он ей не родной отец. Просто принял Аллу с ребёнком. Я тут покопался немного и через его страничку нашёл эту женщину, и у неё в профиле указано, что ей двадцать восемь лет. Так что я представляю, что там за мадам, раз она так рано родила, ещё и ухватилась за моего отца, который сам ей в отцы годится. А ещё…