— Ты так говоришь, словно быть охотником плохо.
— Просто когда-нибудь тебе придётся вспомнить мои слова, и тогда ты поймёшь, что я имел в виду. Возможно, это случится очень скоро. Но, в любом случае, мы должны быть осторожны, — Эл обвёл глазами темноту, в которой растворился вампир. — Теперь тварь разозлился и будет действовать решительно, — демоноборец повернулся к Йольму. — Ешь. Тебе нужно набраться сил.
Утром они продолжили путь. Ирд и Йольм, немного окрепший после лечения некроманта, ехали на лошадях, а Эл — на Горе. Они с юношей двигались по обе стороны от Йольма, чтобы в случае чего поддержать старика. Несмотря на то, что пища, краткий сон и магия Легионера придали тому сил, он выглядел измождённым, и было ясно, что долго он не протянет. Ирд с беспокойством поглядывал на него, словно опасаясь, что их новый знакомый вот-вот потеряет сознание и начнёт падать с лошади.
У них было три фляжки с грогом — Эл обнаружил их на телах убитых бандитов, обыскав их перед тем, как отправиться в путь. Он также прихватил обнаруженные в карманах деньги и некоторые другие полезные вещи, среди которых было почти новое огниво — предмет, почти незаменимый в дороге.
Теперь они двигались на восток, в сторону Карсдейла. Пейзаж мало чем отличался от прежнего: повсюду виднелись мрачные сосны и ели, изредка попадались тонкие осины, липы и берёзы с кривыми, покрытыми уродливыми чёрными наростами стволами. Деревья казались какими-то больными, трава — пожухлой. В воздухе словно разливалось ощущение всемирной усталости.
Постепенно всё более заметным становилось наступление осени. Резкие порывы ветра часто приносили охапки жёлтых сухих листьев. Трижды за неделю шёл дождь, от которого не было иного убежища, кроме как под кронами деревьев. Йолм простудился, его бил озноб, и с каждым днём ему становилось хуже. Эл лечил его грогом и снадобьями, но в Вайтандаре почти не произрастали лекарственные травы, так что с этим было трудно. Всё же, не без помощи магии, демоноборец вылечил старика от простуды, но организм Иольма был уже стар и слаб, и даже сам жрец не надеялся дожить до конца пути.
Вампир не появлялся, и это настораживало Ирда больше, чем если бы тварь неотступно следовала за ними по пятам. Казалось, носферату решил застать их врасплох и прикончить, во что бы то ни стало.
Ирд ощущал постоянный страх. Это чувство не было похоже на то, что он испытал, когда взбежал на холм, с которого увидел горящий Вайтандар. Тогда его охватил панический ужас, заставлявший впадать в панику, отнимающий разум. Имя ему было отчаяние. Здесь же страх давил со всех сторон, и за каждым деревом мерещилась опасность. Тревожное ожидание заполняло собою сознание, становясь самим существованием. Должно быть, так чувствует себя кролик, крадущийся кустами к реке, чтобы напиться воды. День за днём Ирда преследовалосводящее с ума ощущение ужаса, от которого нельзя было избавиться.