Тень внезапно метнулась вниз по колонне. Перебирая суставчатыми лапами, к Ирдегусу приближался гигантский паук. Тёмно-синее брюшко было покрыто жесткими волосами, головогрудь — утыкана острыми шипами, подрагивающие жвала хищно роняли нити едко-зелёной, дурно пахнущей слюны.
Когда колдун бросился к треножнику, за его спиной тяжело спрыгнуло на груды золота чудовище. С шипением оно двинулось за ним.
Ирдегус оказался между стойками треножника и остановился. Обернувшись, он наблюдал за тем, как паук приближается, оставляя на сокровищах вязкую слизь. Его оранжевые выпуклые глаза казались драгоценными камнями, усыпавшими гладкую блестящую головогрудь. Чудовище на мгновение замерло, словно рассматривая человека, а затем рвануло вперёд и с разбегу ударилось в треножник. Ирдегус невольно зажмурился. Его обдало смрадом. Конструкция, служащая подставкой для Арландорна, покачнулась и начала падать, стремительно набирая скорость. Через секунду легендарный самоцвет, кувыркаясь, улетел в темноту, а треножник с грохотом рухнул на сундуки и доспехи, разбив их вдребезги и обдав Ирдегуса и паука дождём монет и драгоценных камней.
Встретившись взглядом с чудовищем, колдун побежал вдоль образованного тремя стойками коридора. Паук попытался протиснуться следом, но оказался слишком велик. Тогда монстр двинулся в обход, хищно шевеля жвалами и стуча ногами. Ирдегус понял, что спастись бегством не удастся. Тогда он решил опередить своего преследователя и бросился в темноту — туда, где исчез Арландорн. Уходить без него он не желал.
Ирдегус перескакивал через сокровища, спотыкался, получал синяки и ссадины, но не смел оглянуться, хоть и слышал за собой громкий нетерпеливый стрекот.
И вдруг он увидел его! Арландорн слабо светился — если бы не это, колдун никогда не нашёл бы его среди сокровищ. Ирдегус поразился, что камень светится сам, собственным, а не отражённым блеском. Нагнувшись, он подхватил его и уже сделал шаг, чтобы продолжить бегство, но мгновение промедления стало роковым — тонкое жало ударило между лопаток, причиняя нестерпимую боль! Ирдегус почувствовал, как обжигающий яд проникает в тело, но нашёл в себе силы, сжав камень, обернуться к чудовищу лицом. Жало выскользнуло из его тела, открыв путь крови. Одежда прилипла, мгновенно намокнув.
Оранжевые бусины глаз смотрели прямо на колдуна. В них читалось торжество. Вдруг паук дёрнулся, попятился, присел, замотал головогрудью, а затем развернулся и скрылся в темноте. Ирдегус рухнул на колени, чувствуя, что жизнь стремительно уходит из него. Он почувствовал в ладони тепло и, опустив глаза, только теперь заметил, что Арландорн светится гораздо ярче, чем прежде. Видимо, его свет и напугал паука, заставив убраться. Но чудовище наверняка находилось где-то поблизости. Ирдегус огляделся и покрепче сжал спасительный самоцвет. Он вдруг подумал, что уже должен был умереть — одежда на спине была насквозь мокрой от крови. Но вместо этого он ощущал в себе новые силы — они втекали в него из кристалла, который он держал в ладони. «Магия⁈» — пронеслось у Ирдегуса в голове. Возможно, здесь, в недрах Копей, творились вещи, о которых наземные жители не имели никакого представления.