Примерять при нём я ничего не стал, попросил занавесить угол. Требованию моему они не удивились, они тут вообще ничему не удивлялись, и тут же сделали, как я просил. И только тогда я начал переодеваться. Нет, понимаю, что перед этим хорошо бы принять ванну и смыть с себя всю грязь, но об этом пока можно только мечтать. Вот приоденусь, и тогда…
У хозяина оказался точный глаз, размер пришёлся впору, и я вышел из-за занавески в новых вещах. Мальчишка встретил меня с большим зеркалом в руках, и я с удовольствием оглядел в нём себя, свой преобразившийся вид. Правда, зеркало было потёртым, отражение перечёркивали паутинки трещин, да ещё в лавке было мало света, но мне и этого хватило, привередничать я не стал. Сидит хорошо, и даже такая одёжка мне идёт, так что…
Я удовлетворённо кивнул сам себе, развернулся к хозяину и с удивлением увидел, что он действительно находится на своём месте, буквально на ходу подмётки рвёт. Уже выудил откуда-то матерчатую шапку, отороченную мехом, крепкие тёплые кожаные перчатки и длинный вязаный шарф. Пришлось дополнять свой наряд новыми аксессуарами, и вот этот вид мне понравился ещё больше.
— Пану обязательно нужно сменить свою котомку, она совершенно не подходит к его новому облику, на вот этот прекрасный саквояж, — хозяин вытащил из-под прилавка небольшой баул, поставил его на столешницу и доверительно прошептал. — В него очень хорошо поместится содержимое вашего правого брючного кармана. Кстати, я бы настойчиво рекомендовал вам не выбрасывать ваши форменные штаны, а уложить туда же.
— Почему? — удивился. Дёргаться и что-то предпринимать не стал, ничего опасного для себя я не почувствовал. Да и справиться с ними обоими смог бы запросто.
— Чтобы не оставлять след, — после короткой паузы всё-таки ответил мне с опаской лавочник.
Интересно, за кого он меня принимает? Не за разбойника же с большой дороги? Но уточнять не стал, рассчитался за всё. А, после короткого раздумья, раз денег много не попросили, ещё прикупил бритву, полотенце и мыло. Заплатить пришлось на удивление мало. А вот теперь пора на вокзал, пришло время отправиться в обратную дорогу. Надеюсь, новый мой вид не будет привлекать внимание жандармских чинов и полиции в городе и на вокзале.
Перед уходом подумалось, а не сообщит ли хозяин о странном госте полиции? Но тот каким-то торгашеским чутьём уловил мои мысли и тут же открестился от подобных предположений, замотал головой и уверил, что он никогда бы не посмел навредить подозрением настолько уважаемому господину. При этом взглядом указал на мою грудь. А не на грудь, догадался я, а на находящийся во внутреннем кармане пальто бумажник.