Зверобой схватил Ивора за шиворот и притянул к себе.
— Никакой ты не сын бога. Твой отец всем наврал. И тебе тоже.
Он бросил его со всей силы на землю, отчего Ивор снова закашлялся. Его глаза увлажнились, но он не заплакал. Стиснув зубы, мальчик встал и медленно, под смех других мальчишек пошел домой.
…
— Ивор, дружок, подойди к старику.
Дедушка совсем преклонного возраста жил в четырех домах от жилища Волхва и очень часто дергал Ивора, когда видел, что тот проходит мимо.
Мальчик вздохнул и подошел к калитке.
— Растопи мне печь, будь добр, а то руки мои уже не те.
Зайдя внутрь, он наклонился к печи, в поиске соломы или щепок для растопки, а также кресала, но ничего из этого не увидел.
— Дедушка, а где инструменты для растопки?
— А зачем тебе они, разве ты не можешь поджечь дровишки божественным пламенем оно и гореть будет всяко лучше?
— Нет, я еще не обрел элемент, мне ведь всего шесть. Отец говорит, в Полаве самый ранний случай овладения элементом был в тринадцать лет.
— Ну так–то обычные люди, а ты у нас сын Сварога! Не срами отца!
Ивор ушел под гневные ругательства старика.
…
В один из дней лил проливной дождь. Капли били о крыши домов и землю с такой силой, что казалось, будто это топот копыт огромной армии кочевников. Молния сверкала в небе, громыхал гром, многие селяне воспевали Перуну, в надежде, что тот не уничтожит урожай в этом году.
Где–то на окраине деревни, перебиваемые шумом дождя, кричали дети.
— Бей сильнее!
— Он же полубог! Точно не сдохнет!
Толпа парней пинали лежащего в грязи Ивора. А одним из тех, кто делал это наиболее яростно был Зверобой. Кто бы мог подумать, что в семь лет дети могут быть настолько жестокими. Зависть подъедала их изнутри. Ивор не такой как все, а значит его нужно поставить на место, но как? Конечно же хорошей трепкой.
Они били снова и снова, заставляя мальчика отхаркивать кровью. Его тело становилось мягким и вязким, словно грязь, в которой он лежал. Все мысли были только о том, что он не заслужил подобного отношения.
— Эй! А ну отошли от него!
Девичий голос раздался столь же громко, сколь гром, ревущий раскатами по небу.
От испуга мальчики замерли, оборачиваясь на звук. Зверобой твердо наступил Ивору на голову. Когда он увидел, что голос принадлежал шестилетней Кейре, то лишь рассмеялся, смех подхватили и остальные четверо хулиганов.
— А то что, побьешь нас? Вали отсюда, девчонкам не место в мужских разборках.
— В каком месте они мужские? Один на один — это по–мужски, а вы как стая собак, грызущие волка.
Переступив свернувшегося в калач Ивора, который уже даже боли не чувствовал, Зверобой пошел в сторону Кейры.