Ёнэ закрывает глаза и делает последний шаг.
Его тело содрогается от чудовищного удара, позвоночник трещит, плоть рвётся и плавится. Нестерпимая боль затапливает всё его существо, грозя поглотить остатки угасающего сознания. Он не сдаётся. Сквозь алую пелену агонии он продолжает цепляться за единственную мысль: «Я должен их защитить!»
Атака мастера подхватывает ученика с земли, как былинку, и с силой бросает назад. Спиной он врезается в шершавый ствол дерева и сползает на землю, оставляя на коре широкий кровавый след. В развороченной груди что-то хрипит и булькает, каждый судорожный вздох даётся с неимоверным трудом.
Ёнэ с трудом приоткрывает слезящиеся глаза. Мир вокруг расплывается, теряя чёткость, но он упрямо цепляется за реальность. Взгляд уже начинает затуманиваться мутной пеленой, когда он краем угасающего зрения замечает вдалеке две знакомые фигуры, окутанные сиянием невероятной силы. Кай и Каору. Они всё ещё сражаются, не сдаются. Его утратившие цвет губы трогает слабая, но полная умиротворения улыбка.
«Сделал… сделал всё, что мог. Дальше — ваша… битва, друзья. Вы… справитесь. Верю в…» — проносится в его угасающем сознании.
Боль постепенно отступает, сменяясь блаженным онемением. Звуки и краски блёкнут, растворяясь в молочно-белой дымке. Последнее, что видит Ёнэ — два ослепительно ярких огонька, прорезающих полотно тьмы. Два маяка надежды, зовущих его за собой.
Где-то вдали от него мастер раздражённо цыкает, уже готовясь к новой атаке, но в этот самый миг чья-то нога с треском подсекает его, опрокидывая наземь. Предатель вскакивает, яростно озираясь, и замирает. Перед ним, преградив путь, возникает седой отшельник.
— Предатель! Отступник! — рычит старший наставник, бросаясь на неожиданного противника.
С последним усилием Ёнэ собирает всю свою любовь, всю свою веру и благодарность и мысленно посылает их вослед удаляющимся огням. Его душа, светлая и чистая, отрывается от измученного тела и устремляется ввысь. Зов демона жадно тянется к ней, пытаясь ухватить, поработить, но бесплотные пальцы твари смыкаются в пустоте.
Дух молодого адепта, закалённый жертвой и самоотречением, неуязвим для скверны. Он растворяется без следа, не даровав исчадию подземного царства ни крупицы желанной силы. Сознание ученика воспаряет всё выше и выше, унося с собой крохи света, чтобы влиться в исконное сияние мироздания. В один единственный Путь без конца и края, что ведёт из древности в вечность.
Тело Ёнэ застывает в подножии дерева, словно причудливая изломанная кукла. Его лицо, испещрённое кровавыми потёками, озаряет умиротворённая улыбка. Улыбка человека, познавшего истинный смысл жизни и смерти.