Внезапно все ощущают резкую перемену. Ещё одна могучая аура вспыхивает над полем боя, и волны благодатной Ки растекаются вокруг, даруя уставшим людям крохи передышки в противостоянии буйству демона. Воодушевлённые этой незримой поддержкой, они ускоряют шаг, уже не тратя сил на бессмысленные споры.
Взгляд адепта неожиданно выхватывает среди обугленных остовов деревьев фигуру одного из мастеров. В его руках концентрируется сгусток тёмной, отравленной энергии. Под влиянием всепоглощающих аур шагнувших за рубеж людей и демона сложно ощутить эту угрозу, но опытный глаз ученика не обманешь. Мастер готовится бесчестно ударить в спину двум сражающимся против Вастая адептам.
— Скорее туда! — командует Ёнэ, срываясь на бег.
Остальные, завидев грозную фигуру мастера, замирают в нерешительности. Даже благодатная аура не способна до конца развеять их трепет перед его силой.
Ёнэ не таков и не потому, что не испытывает страха. Напротив, его поджилки трясутся от ужаса, когда он несётся навстречу старшему наставнику. Просто он чётко знает, те, кто были к нему добры… его спасители, поднимающиеся сейчас на новый уровень могущества, в этот краткий миг уязвимы как никогда. В руках вероломного мастера формируется плотный снаряд, вытягиваясь подобно копью. От него щедро струится тёмная энергия, неуловимо схожая с демонической.
Ученик стремительно ускоряется, призывая на помощь все известные ему техники перемещения. Мир вокруг словно застывает, течение времени замедляется, и каждое движение, каждый вздох даются с неимоверным трудом, будто он увяз в вязком болоте.
И всё же Ёнэ не сдаётся, он упрямо преодолевает сопротивление реальности, как делал это всю свою жизнь.
«Бесполезный нахлебник!»… — далёкий голос дяди.
«Ты никогда не станешь адептом, ничтожество!» — насмешливый голос старейшины.
«Я тебе говорил, что ты позоришь нас!» — крик обидчика, что третировал его с самого первого дня в секте.
Шаг за шагом, удар сердца за ударом, Ёнэ приближается к единственной цели.
В тот самый миг, когда смертоносный снаряд срывается с пальцев предателя, робкий ученик собирает всю свою волю, всю свою Ки в последнем отчаянном рывке. Он не думает о боли. Не думает о страхе. В его сознании есть место лишь для одного образа — улыбающихся людей, которых он с гордостью мог бы назвать своим братом и сестрой по секте — Кая и Каору. В его внутреннем взоре их лица озарены светом надежды. Надежды на лучшее будущее, за которое стоит бороться до последнего вздоха.
Весь его скромный запас духовной энергии вливается в защитную технику. Меридианы прожигает, а кончики пальцев покалывает до самых костей.