— А если я снова ошибусь? Если снова причиню страдания?
— Ошибки неизбежны. Но они становятся частью опыта, который ты сможешь передать следующим поколениям. Каждая ошибка — это урок не только для тебя, но и для тех, кого ты будешь учить.
Крид долго молчал, обдумывая слова жреца.
— Ты говоришь о принятии бессмертия. Но как принять то, что кажется проклятием?
— Перестать видеть в нём проклятие, — просто ответил Имхотеп. — Проклятие существует только в твоём восприятии. Измени восприятие — и проклятие превратится в дар.
— И если я не смогу изменить восприятие?
— Тогда мы поможем тебе. Знания, которые ты ищешь в Африке, — это не способы убить бессмертного. Это способы научить бессмертного жить.
Солнце начало клониться к закату, окрашивая развалины в золотистые тона. Воины уже закончили приготовления и ждали приказа к выступлению.
— Значит, весь этот поход — не за средством от бессмертия, а за пониманием его смысла? — спросил Крид.
— За пониманием твоего места во вселенной, — подтвердил жрец. — За осознанием того, что ты не жертва судьбы, а её инструмент.
— И тиран, которого мне предстоит остановить?
— Урок. Возможность применить силу во благо, а не во вред. Шанс спасти тысячи жизней вместо того, чтобы их разрушать.
Крид кивнул, и в его движении была решимость.
— Хорошо, Имхотеп. Веди меня к урокам, которые приготовила мне пустыня. Но знай: если ты обманываешь меня, я найду способ умереть, даже если придётся разрушить полмира.
— А если я говорю правду?
— Тогда, возможно, я наконец пойму, зачем Один даровал мне эту вечность.
Первые лучи солнца окрасили развалины Карфагена в розовато-золотистые тона, когда лагерь Крида начал готовиться к походу. Воины проверяли снаряжение, наполняли мехи водой и укладывали в вьюки припасы для долгого перехода через пустыню.
Крид стоял у края древнего причала, наблюдая за суетой. Его собственные приготовления были минимальными — меч, кинжал, лёгкая кольчуга под туникой и небольшой мешок с золотом. Бессмертному телу требовалось немного для выживания, а магия крови позволяла обходиться без пищи и воды дольше обычного человека.
— Командор, — подошёл Вителлий, ведя под уздцы коня. — Выбрал пятьдесят лучших, как вы приказывали. В основном ветераны морских сражений, но есть и несколько человек, знакомых с пустыней.
— Хорошо. Остальные знают инструкции?
— Так точно. Охранять корабли, не конфликтовать с римлянами без крайней нужды. Если через полгода не получат вестей — отправляются в Британию к королю Артуру.
Крид кивнул и взял поводья. Конь — крепкий берберский жеребец — спокойно встретил прикосновение нового хозяина. Животные чувствовали в Криде что-то первобытное, древнее, и либо панически боялись, либо, как этот жеребец, проявляли странное доверие.