Не будем вспоминать о грустном.
Короче говоря, поверьте мне на слово: когда имеешь дело с богами, очень многое лишается смысла.
Но убивать детей за просто так я бы все равно не смог. Лучше уж перестать существовать сразу же, чем умолять позволить тебе сдохнуть через пару лет.
Думаю, я все же не был подонком, ну или хотя бы не хотел считать себя таковым.
Поэтому, так сказать, за высокие моральные принципы получил себе маленькую преференцию: смотреть в крохотное «окно», позволяющее наблюдать жизненный путь попаданцев в новых мирах. Окно открывалось на полчаса после их смерти, воспринимаясь как мутное пятно на периферии зрения. Волевое усилие, мысленная команда — и ты рассматриваешь чужую жизнь, как кино.
Механику процесса я не понимал. Знал только что то, что я вижу — правда… ну, настолько, насколько вообще может быть правдой хоть что-то во всем этом безумии.
Жаль, в свое будущее не посмотришь.
… машина ехала домой медленно, будто нехотя. Откликалась вяло, тарахтела.
Да и вообще — явно грустила.
Вздохнув, я похлопал пикап по приборной доске:
— Извини, дружище… не скучай тут без меня.
Двигатель автомобиля, которому я дал лаконичное прозвище НЁХ, глухо забурчал. Как если бы он… дулся.
А откуда-то из бардачка метнулось склизкое щупальце расцветки «черный металлик», которое нежно меня облапало и обляпало чем-то мерзким все джинсы.
Привычно подавляя внутреннее омерзение, я выдавил улыбку:
— Все будет путем, НЁХ. Все будет путем…
*еще более зловещее присутствие*
— Исидор, ну где же ты… где же? Мне так не терпится сделать тебе подарок! Уверена, он тебе понравится…
Завалившись в свою берлогу, на полчаса я растворился в стандартной рутине.
Забросил под капот моего личного монстра из фильма «Нечто» все замороженное мясо, которое нашлось в морозилке — и которым он сразу же захрустел. Увернулся от дружелюбных щупалец и пошел мыть руки. Слегка прибрал в квартире, выкидывая разбросанные носки, банки и листы бумаги прямо в окно, в невнятное Ничего, к хренам. Закинул надоевшие до ужаса пельмени в кастрюлю.
Откупорил бутылку пива и, не включая ящик, сел на диван.
Настроение вроде и должно было быть праздничным, но чувства праздника, все же, не появилось. Лишь усталость, задумчивость и ожидание. Как оно вообще там, дома , будет?
Буквально завтра истекал срок действия нашего с богиней «контракта», если так можно было назвать это бесправное рабство. Божественная курва пообещала отпустить меня в долгожданный бессрочный отпуск… в обычную жизнь… без необходимости каждый день убивать, чтобы продлить свое существование на лишний вдох.