Я сумел выиграть пару секунд, но оказался в клещах. Позади приходит в себя повелительница крысолюдов, а впереди — пять десятков её детушек, едва ковыляющих ко мне. Лапы грызунов разложились до самой кости и единственное, что заставляло их идти, — так это верность матушке.
Засмеявшись, и вложил меч в ножны. Больше он мне не потребуется. Зачерпнув остатки маны, я потянулся к Сердцу проклятого. Некротика бурным потоком хлынула по моим каналам, и я соединил её с маной, после чего запустил тонкие сгустки энергии в тела умерших грызунов.
Дёргающиеся туши повскакивали с песка и набросились на ещё живых собратьев, разорвав тех на куски. Пока гибли остатки верных воинов, королева тряхнула головой, запищала и в два прыжка добралась до меня. В воздухе она резко крутанулась, рубанув хвостом, но на этот раз я был готов.
Упав в песок плашмя, я пропустил хвост над головой. Падая, едва не потерял контроль над поднятыми трупами и только чудом сумел его сохранить.
Богиня с грохотом приземлилась на арену, собравшись снова атаковать. И тут всё её внимание привлекла гниющая орда, несущаяся на неё со всех сторон. Добравшись, крысолюды рвали прародительницу зубами, рубили топорами и выдирали куски плоти когтями. А всё, что могла она сама, — это истошно верещать, катаясь по земле.
Богиня пыталась передавить предателей, но это было бесполезно. Умершие снова и снова вставали с земли и бросались в атаку.
Позади королевы послышался хлопок. Синеватое окно портала расползлось во все стороны, открыв ей путь к бегству. Вот только отпускать эту сволочь я не собирался. Шипастая лоза обвила её брюхо, пронзив нутро, и быстро ползла к горлу. Тварь не в силах вырваться барахталась из стороны в сторону, суча лапами.
Мои же каналы трещали по швам, а усталость вместе со сломанными рёбрами обещали вот-вот потушить сознание. От напряжения я едва держался на ногах, ощущая, что могу в любой момент лишиться дара.
Из перехода вырвалась кровавая пелена, что одним ударом разрубила лозы, опутывавшие крысу. Тварь испуганно вскочила и попыталась сбежать. Следом за ней я направил остатки поднятых крысолюдов. Как только они вошли внутрь, окно схлопнулось.
Перед глазами поплыли чёрные пятна, и я без сил рухнул спиной на окровавленный песок. Смотря в потолок, подсвеченный синеватыми светильниками, как будто через воду слышал далёкие крики моих друзей.
Подбежав, ребята схватили меня за одежду и поволокли в сторону лазарета. Идиоты! Я же говорил, что малый артефакт лечения не поможет сломанным костям, хотя откуда им знать, что у меня переломы? Рёбра ужасно болели от каждого шага, хотелось выругаться и попросить нести аккуратнее, но сил совсем не осталось.