Я сама на все это подписалась.
Все идет как надо. Надо просто немного потерпеть.
Я так себя уговариваю, стоя в полутемном коридоре у окна, и глядя на внутренний больничный двор. В медцентре окна моего кабинета выходят на проспект. Мне нравилось пить кофе и смотреть, как внизу снуют люди и машины. Мне нравилось видеть движение и слушать шум города.
— Аня! — слышу за спиной и вздрагиваю. Оборачиваюсь.
Каримов стоит напротив, глядя на меня таким знакомым прожигающим взглядом, что я невольно обхватываю себя за плечи.
— Руслан? Как ты сюда попал? — первое, что приходит в голову. — Сюда же никого впускают!
— Я встретил Голубых… — он делает шаг навстречу, и я обхватываю себя сильнее, словно стараюсь удержать в руках и не броситься ему на шею.
Он правда стал очень привлекательным… в тюрьме.
Кто бы меня сейчас послушал, сказал, что я сумасшедшая извращенка. Но мой бывший муж действительно стал сексуальнее с этими татуировками. Пусть их и не видно под одеждой, только узоры видны на шее и на тыльной стороне ладоней.
А еще он стал злее. Жестче. Вот даже сейчас непонятно чего я от него жду.
— Зачем ты приехал, Руслан?
— Я приехал за тобой. Одевайся, Аня, поехали.
— Разве… — сглатываю. — Разве не поздно? Я думала…
— Детям в садике задали делать поделки. Мы собирали шишки, потом я пытался что-то слепить. У меня нихера не вышло. Давай быстрее, мне еще ленточку пришивать.
— Тебе… что? — не верю своим ушам. — Какую ленточку? Ты умеешь шить, Руслан?
— Аня, не еби мне мозг, поехали домой, — говорит Каримов с раздражением. — Конечно, я что-то умею. Шесть лет сам себя обслуживал. Давай шевелись скорее, дети ждут.
Отворачиваюсь, чтобы он не видел мои глаза.
Какая же я дура. Законченная идиотка. Я снова что-то себе вообразила.
Конечно, он не справился и примчался за мной, чтобы я помогла, а я уже себе нафантазировала невесть что… Точно как в прошлый раз. Снова наступаю на те же грабли, которые со звоном припечатывают меня прямо в лоб.
— Не переживай, Каримов, я быстро, — отвечаю холодно и вижу его недоуменное лицо.
Но рассматривать времени особо нет, иду в палату за одеждой, поспешно переодеваюсь и выхожу, так и не глядя больше на бывшего мужа.
Мы едем в полном молчании, хотя Каримов по дороге бросает на меня косые взгляды.
Зато дети мне рады. И я счастлива их видеть. И не подумала отказываться от возможности приехать, а тем более, помочь мальчикам сделать поделку.
При виде кривобокого сооружения из шишек, слепленных между собой пластилином, только глубоко вздыхаю. Арт и Арс поясняют:
— Мам, это домик для ежиков. Ты поможешь нам сделать ежиков?