Киваю, сжимая до скрежета зубы. В голове словно прокручивают десяток раскаленных болтов. Концентрация дикой магии выкручивает мои собственные внутренние резервы наизнанку. Чешуя на скулах проступает сама собой, болезненно вонзаясь в кожу. Я со свистом втягиваю ледяной воздух и опираюсь на ствол вековой сосны.
— Коготь, ты паршиво выглядишь, — Рейнар хмурится, глядя на меня.
— Кто бы говорил, — пытаюсь отшутиться я.
— Тебя сейчас вывернет от этого фона, — пытается достучаться до меня Шип. — Уходи отсюда. Я не дотащу тебя до Оникса. Только если волоком. Но тогда не жалуйся, когда голова будет биться о кочки.
Он привычно иронизирует, но глаза выдают. Насыщенный эфир делает нас слабыми, и это последствия наших собственных решений. Сделал бы я иначе, если бы знал заранее, что так будет? Непременно.
— Я справлюсь, — хриплю я, пытаясь сфокусировать зрение на телегах внизу. — Приглядись. Телеги не похожи на ту, что встретилась тебе?
— Похожи. Но мне надо кое-что проверить, — говорит Шип. — Ты еле стоишь. Я поеду в Гримспорт. Подниму кое-какие связи. А ты возвращайся в поместье, пока не потерял контроль над зверем. В таком виде ты не защитник для Элис.
Я хочу возразить, но новый спазм боли заставляет меня лишь коротко кивнуть. Рейнар прав. Я разворачиваюсь к лошадям, оставляя друга на скале.
Седлаю Оникса. Он выносит меня из леса. Мне становится легче, огненные тиски чуть ослабевают, и я почти могу дышать. Направляю коня прочь от поместья. Вниз по узкой дорожке вдоль скалы. Туда, где ревут волны Стального моря.
Мои мысли далеко от этого проклятого разлома и от опасных скользких камней. Они в темной лаборатории. Рядом с неугомонной неарой. Я словно до сих пор ощущаю ее в своих руках.
Ее губы. Ее пальцы, отчаянно зарывающиеся в мои волосы. Ее голос и стон, от которого зверь внутри готов сорваться с ментальной привязи.
“Почему вы все время злитесь, Кайан?”
Потому что я боюсь, Элис. Боюсь что то, что между нами разгорается, может уничтожить тебя. Стоит перейти черту, и моего зверя уже будет невозможно приструнить. И тогда… Тогда я просто не смогу тебя защитить.
Ты заставляешь меня чувствовать, хотя я думал, что выгорел дотла.
Я возвращаюсь в Блан-на-Кар ближе к полуночи, надеясь, что все уже спят. Почти бесшумно поднимаюсь на второй этаж и замечаю, что из-под двери Элис пробивается узкая полоска света от эфиролитовой лампы.
Этот свет горит каждую ночь. С тех пор как я отдал ей эту лампу, Элис оставляет ее на ночь включенной. Она чего-то боится?
Рука сама тянется к бронзовой ручке. Пальцы замирают в миллиметре от металла.