— Докатились до откровенного вранья!!! Ну, как же так…
Раньше мне казалось, что передо мной открыто будущее. Моё сердце буквально трепетало от предвкушения того самого «поворота судьбы». Но чем дольше я жил, тем тусклее становились краски… А ещё и чувство полной отречённости всё никак не давало мне покоя.
— Сань! Ну, ты видел⁈
Психотерапевт сказал, что у меня — начальная стадия выгорания. Этакий, преддепрессивный синдром. Мне даже выписывали таблетки… Но они лишь временно глушили всепоглощающую пустоту внутри меня. И каждое утро я просыпался лишь с одной мыслью: «Снова долбанная серость…»
— Значит, так! Мы должны срочно опровергнуть эту новость! В противном случае, менеджер Германа разорвёт с нами контракт! А этого, ну никак нельзя допустить. От этого зависит дальнейшая жизнь нашего агентства! Слышишь меня⁈
Этот лысый шарик в дорогой рубашке — мой начальник. Эгоист высшего уровня. А ещё — жлоб, лжец и просто отвратительный человек.
— Слышу-слышу. — ответил я. А лучше бы не слышал.
— Значит, так! Завтра, ты к шести тридцати подходишь к отелю «Фор сисонз» и ждёшь нашего клиента.
— К половине седьмого? Но мой рабочий день начинается с одиннадцати…
— А Герману плевать, во сколько начинается твой рабочий день! Если его команда расторгнет с нами контракт — всё! Пиши пропало… Мы останемся без денег на целый месяц.
А чьи это проблемы? Мои, как наёмного сотрудника? Сильно в этом сомневаюсь.
— И что я должен сделать?
— Прийти и рассказать Герману о нашей дальнейшей стратегии! — Владимир Сергеевич положил передо мной жёлтый конверт: — И успокоить. Сказать, что всё будет хорошо! И, что мы обязательно всё исправим. Понял меня?
— Я понял, Владимир Сергеевич… — мое терпение было на пределе. Рабочий день закончился два часа и тринадцать минут назад, а я должен выслушивать причитания этого жирного деспотичного идиота, который уже давно забыл про субординацию.
— Учти, Сань… От твоей работы зависит наша зарплата!
— Да, Владимир Сергеевич…
— Давай. Я в тебя верю, Сашок… Ух ты! — начальник взглянул на настенные часы: — Сань, ты видел, который час? Задерживаешься на работе! Я, конечно, ценю твое рвение, но увы — дисциплина превыше всего. Штрафной минусик тебе за чрезмерную преданность работе. Скачи скорее домой!
— Да, конечно… до встречи, Владимир Сергеевич. — я с облегчением пожал его руку, больше похожую на волдырь от укуса пчелы, и быстро направился к выходу. Если промедлить, то есть не иллюзорный шанс, что этот зажравшийся курдюк нагрузит меня очередной нелепой задачей. К сожалению, такое в нашем агентстве было не редкостью.