Московская губерния
— Это ты отдал приказ арестовать моего дядю! Я знаю.
— Какой проницательный, — усмехаюсь. — одной рукой пытаясь вытащить из груди кинжал, рана нестерпимо жжет.
Магический клинок этого выскочки —молодого Морозова — глубоко вонзился в мою плоть.
Мир накреняется, на миг затягиваясь дымкой. Люди вокруг, как замершие тени, в ожидании неизбежного финала.
Шатаюсь, едва устоял на ногах.
Мгновение и во мне вспыхивает ярость. Нет — не просто ярость, а сила, что спит в крови Архиповых, древняя, могучая, неподвластная даже смерти.
Магия взметается внутри, вспыхивает, как огонь в кузнечном горне, выжигая слабость, хищно слизывая огненный клинок из плоти. Грудь еще болит, но это уже не имеет значения.
Выпрямляюсь, мрачно глядя на противника.
Морозов, явно не ожидал, что устою.
На его лице — смесь злобы и недоумения.
Он молод, высок, черные волосы, собранные в ленту, бледная кожа, хищные черты лица — и глаза, как у загнанного зверя, черные, полные бешеной ненависти.
Шипит, с яростью сжимая кулаки.
Мы бросаемся друг на друга с новой силой.
Первый удар за ним — его магия резкая и быстрая. Ледяные осколки взлетают в воздухе, режут пространство. Я отмахиваюсь волной огня, лед шипит, превращаясь в пар. Борис вращает рукой, воздух вокруг него сгущается, формируя щит, но я направляю поток пламени прямо под ноги. Он качается от неожиданности.
— Слабовато, Морозов. Дядя бы тобой не гордился.
— Замолчи!
Гром гремит. Его магия — бьет в землю, раскалывая ее. Каменные бруски с площадки разлетаются в разные стороны, отгоняя народ. Отпрыгиваю назад и я, вытягиваю руку — всплеск магии.
В моих руках мерцают два шара с фиолетовым свечением. Они пульсируют, напоминая живые сердца, насыщенные древней магией.
Фиолетовая аура дрожит в воздухе, разрывая пространство между нами. Морозов пытается отступить, но я делаю шаг вперёд — и шары взвиваются в воздух, испуская тонкие нити энергии.
Вижу страх в его глазах.
Нити тянутся к нему, как змеи, обвивают, тянут вниз. Он рвет их ледяным вихрем, его взгляд полон яда.
Он хочет убить меня — Я его хочу наказать.
Фонари мерцают в густом тумане, затаив дыхание, как и толпа вокруг нас.
Секунданты обоим подают оружие.
Борис Морозов стоит напротив меня, сжимая в руке иссиня-чёрный клинок, искрящийся магическими разрядами. Я же держу свой рапир — изящную, закалённую в крови и заклинаниях.
— Ты зря затеял это, Борис, — произношу я ровно. — Честь надо иметь, ее нельзя вернуть.
— Не тебе мне об этом говорить, Архипов, — он скалится, его глаза вспыхивают ледяным светом. — Ты унизил мой род перед всеми.