— Новый стадион у нас уже есть, — вещал мне президент, — Скоро будет новая тренировочная база. Мы пригласим к себе в состав лучших игроков мира.
И ведь не врёт, — думаю я, — У них в пятидесятые и правда заиграли Ди Стефано, Пушкаш, Копа, Хенто, Диди, которые были в то время величинами типа Марадоны…
Я, устами нашего переводчика, благоразумно отказываюсь, но благодарю за внимание к моей персоне.
А тут ещё Адельхайд пригласила нас с Васечкой на экскурсию в горы на новом фуникулёре в Капруне. Меня что-то удерживало от этой поездки, а вот Васечка, пленённый улыбкой эрцгерцогини, чуть ли не прыгал от счастья. Начальник нашей делегации выслушал просьбу представительницы императорского дома, и, стиснув зубы, дал разрешение.
— Банкет в 20−00. Успеем. Успеем. — повторял мне Васечка, крутясь у гостиничного зеркала.
На автомобиле с персональным водителем мы, любуясь видами альпийской природы, домчали до Капруна. Компаньонка эрц-герцогини и водитель остались внизу, а мы решили подняться. Как следовало из рекламного буклета, в гору фуникулёр проходил через почти трёхкилометровый туннель. Затем наверху короткая экскурсия с фотографированием и назад… Путешествие на вершину и обратно должно было занять примерно с час времени… Но, всё пошло не так…
Едва наш мини-поезд въехал в туннель, как через несколько минут что-то рвануло в голове состава, а затем в и хвосте. Все выскочили из вагончиков на деревянную лестницу сбоку. Освещение туннеля на нижнем участке замигало и погасло. Началась паника. В свете разгорающегося пламени, перепуганный народ с воплями и причитаниями полез по аварийной деревянной лестнице в ещё светящуюся верхнюю часть туннеля.
ВВЕРХ НЕЛЬЗЯ! СМЕРТЬ! — ПРООРАЛА МНЕ ЧУЙКА.
Я схватил Аделаиду за рукав и пролепетал предупреждение чуйки: «Найн херауф! Тод!». Показал ей пантомиму удушения и ткнул пальцем на клубы едкого тумана поднимающиеся от разгорающегося пламени в фуникулёре. Голова визжащей вверху колонны начала тормозить. Дети, старики и женщины не могли быстро передвигаться в такой ситуации, особенно в почти кромешной темноте.
— Цурюк. Унтен, — с трудом вспоминаю я немецкие слова и машу в темноту нижней части туннеля, не выпуская из рук рукав перепуганной Аделаиды.
Она смотрит на меня, на огонь и смертельный дым. Приняв решение, орёт, что есть силы, вслед уходящим вверх:
— Я, эрц-герцогиня Аделаида Австрийская, приказываю вам идти следом за мной вниз. На пути вверх вы все умрёте! Я вам приказываю!
Увидев, что несколько человек начало спускаться, она орала до тех пор, пока половина пассажиров не повернула вниз. Находится рядом с задымлением становилось невозможно. Мы, кашляя, двинули вниз. Колонна по узкой лестнице шла неспешно. Во-первых темно. Во-вторых старики, женщины и дети замедляли колонну. Мы шли замыкающими. Я подобрал сидевшую на ступенях кашляющую девочку. Потом Адельхайд потеряла сознание и Васечка подхватил её на руки. Сколько мы шли — не знаю. Но, на шею будто накинули аркан. Было трудно дышать. Глаза слезились. В темноте были видны лишь тени впередиидущих. Наконец внизу забрезжил свет. Мы выбрались. Моросил дождь и очнувшаяся Адельхайд вместе со всеми смеялась, размазывая копоть на лице. Вскоре прибыли санитары, началась суета с оформлением у полиции и прочее.