Меня парализовал страх. Даже не страх, а шок. Леди в Белом… это она. Единственный каннибал, следов которого даже не нашли!
Но то, что по-настоящему меня парализовало — Фицжеральд. Старик, пришедший мстить. Старик, которого я застрелил собственными руками! Это он! К-как⁈ КАК⁈
Мама, ты ведь его помнишь! Это он! И отец его видел! Он с ним сражался! Да почему…
Почему вы все никак не реагируете⁈
— Ой, что такое мальчик? Стесняешься? — улыбнулась женщина с веером.
Она была всё так же высокой. Комплекция, однако, миниатюрная, худощавая. У неё очень длинные ноги, тонкая талия и небольшая, примерно как у моей мамы, грудь. Кожа белоснежная, будто солнце никогда её не касалось. А чёрные волосы завязаны в красивый и сложный вихрь на затылке.
От неё так и веяло высшей аристократией. Элегантностью. Что тогда, что сейчас, один её вид, её чёрное платье с вырезом на спине… всё это очаровывает словно магическое.
— М-мам… — попытался сказать я.
Они неотрывно на меня смотрели. Каннибалы. Прямо в глаза. Они знают кто я. Мы все друг друга узнали!
Я… боюсь их палить. Просто боюсь. Они слишком близко к маме и Суви.
— Что такое сынок?
— Н-ничего…
— Стесняешься? — она взяла меня за руку.
— Ха-ха, понравилась, что ли? Ой, я польщена! — засмеялась Леди, — Получить симпатию такого красавчика — дорогого стоит! Спасибо, Михаэль!
Суви серьёзно нахмурилась, посмотрела на женщину и, насупившись, жадно схватила меня за всю руку и прижала к себе.
— Ну надо же, не только я попала в эти сети? — снова засмеялась Леди, — Не переживай, малышка. Мы не конкурентки, — она с улыбкой прищурилась на Суви, — Даже не близко.
Затем она посмотрела на остальных гостей.
— Вивьен Альфаро. Приятно познакомиться, — представилась женщина, — Рада видеть на нашем празднике!
— Я… я вас знаю! — мама не могла сдержать улыбки, — Я… я всегда восхищалась вашими работами! Вы просто гений! Очень рада с вами познакомиться!
— Я польщена, — она элегантно свернула веер, — Сегодня день комплиментов от красивых людей, я посмотрю!
У мамы сверкали глаза. Она фанатела от Вивьен. Это её кумир! И вот, Вивьен сначала хвалит её сына, затем её саму. А мама падка на комплименты от тех, кто ей нравится. Она не замечает моей реакции. Я её понимаю. Она просто человек, и может «ослепнуть».
Но не настолько, чтобы не видеть сраного Фицджеральда! Да вот же он, алё!
— Может присядем? Я бы хотела с вами побеседовать! — предложила всем Вивьен.
Мама не смогла отказаться, и мы пошли.