Девушка растерялась, а потом новые ощущения и эмоции захватили её, уже в ней самой стал разгораться огонь страсти, который стал питать уже принцессу, их сознания слились.
Из сна Айла вернулась почти в таком же состоянии, как и в первый раз, только если тогда это было от страха, то сейчас от того, что пережила.
Снова душ, чтобы хоть так остудить сжираемое жаром тело, но как прекратить постоянно всплывающие воспоминания о прошедшей ночи, о том что происходило и как. Ей было стыдно, за то что она практически подсматривала, а потом просто присоединилась тайно, и одновременно хорошо, что хотя бы так была с тем, кого успела оплакать и проститься, с тем, как она уже сейчас прекрасно поняла, кто ей был сильно не безразличен. Ко всей этой каше в голове добавилось ещё кое-что новое. Дикая ревность к принцессе, которая получила то, о чём, не признаваясь сама себе, мечтала Айла.
— Как жить то теперь с этим? — спросила себя девушка, смотря на себя в зеркало, но ответа не было.
«Эва как, солидно» — подумал после того, как меня завели в зал, где состоится казнь злостного преступника, меня то-есть.
Здесь уже давно не было того, что представляется любому, кто слышит про казнь на костре. Мир современный. Давно уж никто не устанавливает эшафоты на площадях, не собирают костры из говна и палок, хотя возможно в полевых условиях это и возможно, но вот, как сейчас, так уже не делают.
Меня ждёт современный вариант. Посередине зала стоит огромный куб из жаропрочного стекла, на огромной выгравированной печати, которая призвана не дать магу применять свои силы.
В самом кубе, посередине установлен металлический крест с ещё одними анти магическими кандалами. По углам этого чудного устройства находятся трубы высотой от пола до потолка куба, на них есть сопла, а в сами трубы подаётся газ. Короче прожаривают качественно и со всех сторон, при чём подача огня регулируется в зависимости от тяжести преступления осуждённого. Просто тёмный, то получи максимальный напор и сильно не мучайся, сгори быстро, а если успел на совершать всякого, то будь любезен жариться на медленном огне, чтобы в процессе почувствовать всю тяжесть преступления. Гуманизм рулит.
Меня, как уже понятно, ожидает медленная прожарка, с чувством, с толком, с расстановкой.
Кроме этих мер предосторожности сам зал был максимально укреплён и в случае чего мог спокойно заменить собой куб, потому как были случаи когда приговорённые освобождались и пытались выбраться, или хотя бы забрать кого-то с собой. Потому сейчас всё это учтено.