Хмыкнув, Полина повернулась ко мне роскошной задницей и наклонилась, ища на нижней полке какую-то приправу. Коротенькие шортики обтягивали это идеальное тело, почти ничего не скрывая, а только подчеркивая — оставляя свободу и взгляду, и фантазии. Тут можно было и примериться, и прицелиться — так точно, что я чувствовал себя пилотом, уже вплотную зависшим над посадочной полосой родного аэродрома, куда не раз приземлялся и откуда не раз стартовал. Вот только сейчас — из-за капризов строптивого диспетчера — в посадке мне было отказано. Хотя я знал тут каждый вход и мог паркануть свой боинг практически вслепую.
— Это твои бабушка и дедушка — мои работодатели, — не меняя позы, парировала Полина, так что сейчас по сути я разговаривал с ее задницей. — А ты как часть дома, правда, живая. Его сердце. А этот дом меня любит, а значит, и ты.
Внезапно она выпрямилась, ухватив с полки какой-то пакетик — и посадочная полоса потухла, отправляя мой боинг на новый круг. Здесь я вообще все время кружился в тумане и был очень не прочь увидеть ответную любовь не только к дому, но и к его сердцу. Хоть какой-то маяк. А то с тех пор, как ты его потушила, я здесь все время в темноте…
— Вообще-то ты не права, — заметил я, подходя к столу. — Я представитель работодателя. В общем, ответственное лицо. И как ответственное лицо вот возьму и оштрафую тебя. На два пончика.
И по заднице бы тебе с удовольствием дал. Но я решил к ней не прикасаться, пока ты сама, соскучившись по моим рукам, ее не принесешь.
— На два, да ты сегодня строг! — прыснула она. — Тогда давай сразу на четыре, — и подвинула ко мне тарелку с пончиками, единственным, в чем теперь была щедра. — Хочу послушать что-нибудь интересненькое. Где твоя подружка?
Ясно, сплетни хочешь послушать. Сплетни — это одна из городских достопримечательностей Карпова. Новости у нас распространяются не интернетом, а сплетнями — кто, где, с кем, зачем. Какая из подружек-то интересует? У меня их много. Будь более конкретной, если и правда хочешь ответ.
— Алена сейчас гостит у отца. Скоро вернется.
— Ну ты же понял, я о другой, — насмешливые глаза хитро сощурились. — Той, которая осталась у тебя после выпускного. Как ее там, кстати, зовут?
Так, очередная придурь детектед. А то ты не знаешь как… Вот так всегда: Полина начинала активно лезть в мою личную жизнь, когда в ее собственной случался застой. Есть у нее сейчас мужчина или нет, можно было понять как раз по таким вопросам. А кто виноват? Сама виновата. Мужчина вообще-то все время рядом — только изволь заметить. Но ты же делаешь вид, что я просто мальчик, которого ты кормишь пончиками. Хотя — на минутку — я вообще-то единственный парень, готовый терпеть твои придури дольше, чем полгода…