— Тимур, может, вы все-таки отправите нас обратно в больницу? — спрашиваю шепотом. — А еще лучше в отель?
Мужчина неодобрительно передергивает плечами и делает вид, что не слышал.
— Что у тебя с лицом? — не успокаивается Анна. — Ты выглядишь как после пожара.
— Мы попали в ДТП, — отвечает Тимур сестре, — я подрезал такси, в котором ехали Аглая с дочерью, и они слетели с трассы. Их машина перевернулась и загорелась. Я успел их вытащить в последний момент.
На красивом лице Анны не отражается ни единой эмоции.
— Если ты больше не будешь упражняться в ехидстве, я буду тебе крайне признателен, — с нажимом продолжает Тимур.
— Что за собрание? — слышится за спиной бодрый голос, от которого меня бросает в ледяной пот. — Дорогая, ты почему такая рассерженная? Кто тебя разозлил?
Сон слетает за секунду. К горлу подступает тошнота, а заодно и страх.
Я боюсь обернуться. И хочу обернуться, чтобы убедиться, что ошиблась.
Потому что этого не может быть.
Нет, пожалуйста, только не это.
Но судьба неумолимо смеется надо мной, как бы я от нее не бежала.
— Любимый, иди сюда! Посмотри, на бродяжек, которых мой брат притащил в наш дом, — капризно дует губы Анна и протягивает руку. К ней подходит мужчина, а я не смею поднять голову, потому что знаю, кого увижу.
Я не хочу встречаться с ним глазами. Не могу себя заставить.
Значит вот, на ком он должен быть жениться. Вот, кто должен был обеспечить ему блестящее будущее.
Анна Шарданова. Ну конечно, куда мне тягаться с ней, кто я против нее? Точно бродяжка.
Механически глажу шелковые волосы дочки. Зачем я согласилась сюда приехать? Почему не осталась в больнице? Повелась на уговоры юристов и Шарданова, поверила, что он раскаивается и хочет помочь…
— Ну, дорогая, зачем ты так? Твой брат волен приводить в свой дом кого угодно, — говорит мой бывший муж. Мой бывший любимый.
Мой Мир. Отец моей дочери.
Он всегда таким был. Понимающим, рассудительным, внимательным.
— Тимур твой старший брат, ему давно пора завести собственную семью.
Медленно поднимаю голову, и мы встречаемся взглядами. В голубых мужских глазах вспыхивает сначала узнавание, потом шок.
Аглая? Ты???
***
Как никогда понимаю смысл выражения «земля горит под ногами». Только в данный момент у меня под ногами не земля, а гладкий мраморный пол, отполированный до почти зеркального блеска.
Аглая
Пробую вырваться, но Мирон держит крепко.
— Не дергайся, Аглая, я поговорить пришел, — судя по его виду, бывший уверен, что говорит шепотом, но как по мне он разве что не рычит.
И хоть я не горю желанием с ним разговаривать, особого выбора у меня нет. По минимуму мы рискуем разбудить Стефанию. По максимуму — сюда сбежится весь особняк.