– Здравствуйте. А-э-эм…
– Евгения Викторовна Легкова, – представилась ему моя Заноза и протянула руку.
– Очень приятно, Мирослав Медведев. Проходите, чего же вы?
Делать ей было нечего, войти просто пришлось. Хотя я ожидал, что она и деру может дать. В лифте так глазами хлопала, так на меня бесилась. Я даже за руку ее взял, пока до квартиры вел.
Бодрая она, из больницы уже один раз сбежала же.
– Ой, Евгения Викторовна! – к ней на шею бросилась Алиса. – Как хорошо, что вы приехали! А как вы…
– Со мной. Подержи-ка, – я сунул ей сходу куклу и позвал маму виновницы этого сборища. – Евчик, дорогая, где ты у меня?
– Дядя Миша! Здравствуйте!
Мой бывший лучший администратор вышла из гостиной плавно. Мягкой походкой уже совсем взрослой женщины. Улыбалась вовсю, радовалась мне, но я по взгляду видел, что все. Той Евки, которую я когда-то брал на работу, учил, а потом отдал Мирославу, уже нет.
Она выросла резко с рождением ребенка. Повзрослела.
Поднялась на следующую ступеньку жизни. А вместе с ней и все мы новый статус получили.
– Поздравляю, дорогая, – я крепко обнял старшую невестку. Поцеловал в светлую макушку, как дочку. – Извини, что в роддом не успели, застряли немного с Женей. Цветочки тебе вот.
– Да ничего. Спасибо! – она даже улыбалась уже как-то иначе. Или это я просто стал ее иначе воспринимать? Не как девчонку. – Здравствуйте, Евгения Викторовна! Как я рада вас видеть!
– Здравствуй, Ева, – моя Заноза тоже ее обняла, погладила по спине. – Как я давно тебя не видела тоже! Поздравляю, моя девочка, и вас, Мирослав, тоже! Здоровья вам и малышке, пусть все будет хорошо всегда, растите крепенькими.
К ним снова подскочила Алиса, тоже красовавшаяся с пока еще небольшим животом. Женщины защебетали прямо на пороге почти о своем, а я улыбнулся. Так, ну, тут все понятно.
Пока эти дамочки не наговорятся, У меня есть время. Я повернул Мирослава к себе:
– Внучка где?
– Вначале мыть руки! – они с Евой ответили моментально и хором.
Вот это реакция! Я аж подохренел в первый момент от такой слаженной работы своих старших медвежат:
– Нормальный ход.
– Михаил Михайлович, ну, она же маленькая, – смягчилась Ева.
– А я что, не понимаю? – возмутился я. – Женя, за мной. Мыть лапы будем, а то к дитю не допустят.
– Не лапы, а руки, – она скинула свои босоножки и пошла за мной. – И правильно сделают, между прочим.
– Вы сговорились против меня, что ли, все?! Бунт?
– А чего вы ворчите-то? Как старикан, – фыркнула Заноза.
Я дверь в гостевой туалет открыл от неожиданности только наполовину. Она мне этим словом по маковке будто обухом дала: