Никакого ответа не последовало, но в полной тишине я вновь раз за разом просила об этом. Затем вовсе начала ладонями тарабанить о дверь. Голос сорвался, превратившись в хрип, разбившись о глухую тишину.
Никто не ответил.
Я снова ударила — кулаками, ладонями, пока пальцы не онемели.
— Мне нужно поговорить с Ашером! Слышите?!
Тишина давила со всех сторон.
Я отступила на шаг, грудь вздымалась в рывках.
Потом, не сдержавшись, схватила лампу и швырнула об пол — с глухим звоном она рассыпалась осколками.
Затем я взяла вазу и бросила ее о зеркало. Оно треснуло и разбилось в осколки.
И только тогда дверь резко распахнулась.Верзилы вошедшие в комнату, тут же скрутили меня. Заставляя упасть на колени. Вновь заламывая мне руки.
— Передайте Денору, что я хочу поговорить с ним. Иначе… Иначе я продолжу, — я все так же не унималась. Мужчины переглянулись короткими, тяжелыми взглядами, но в итоге один из них вышел из комнаты.
Прошло около пяти минут, как на пороге стоял он.
Ашер.
Высокий, тяжёлый, опасный.
Его взгляд сразу скользнул вниз — на мою разорванную рубашку, с обнажённой кожей.
Я почувствовала это, как удар. Ощутила, как тяжелеет воздух между нами.
Охрана покинула комнату и мы остались только вдвоем. Я тут же поднялась на ноги и отошла к стене, но все равно расстояния между нами было слишком мало.
— Скажи, мне тебя связать? – альфа ледяным взглядом, скользнул по осколкам, теперь разбросанным на полу. – И чего же ты этим добиваешься?
Я выдохнула, сжав кулаки до боли.
— Давай попробуем договориться, — выдавила из себя, пытаясь рубашкой прикрыть грудь. – Пожалуйста. Прошу. Мы можем мирно разойтись. Насколько это вообще возможно. Я все компенсирую. И мы просто разойдемся в разные стороны.
— К своему мужу спешишь? – вопрос Денора полоснул холодом. Альфа вновь окинул меня взглядом. – Даже странно, что на тебя, оказывается, кто-то мог повестись.
Его слова жестко ударили. Но это уже было привычно. Сколько бы мы не были знакомы, Ашер с детства давал понять, что я какое-то ничтожество. И сейчас все было точно так же. Разве то с возрастом все ощущалось куда более жестоко.
— Пожалуйста, выясняй отношения со мной, а не с отцом. Это ведь я виновата в том пожаре, а не он, — произнесла, сильнее сжимая края блузки.
Денор проигнорировал мои слова. Почему-то уже теперь выглядел еще более мрачным. И в его энергетике ощущалось то, что касаясь кожи, разрывало в клочья.
Альфа вновь медленным взглядом окинул осколки на полу.
— Перевести её в другую комнату, — коротко велел он охранникам.
Меня подхватили под руки, не церемонясь, выволокли из комнаты.