Маг поднялся, и стул, на котором он сидел, заскрипел и развалился. Клятые хиваши — не могут что ли приобрести нормальную мебель? Он с отвращением пнул обломки и покинул дом.
— Давайте, заносите его сюда! — скомандовал Дилль, и трое слуг, кряхтя, потащили каршарца к кровати. — Что-то вы какие-то хлипкие. Я его в одиночку на своей спине таскал через весь город.
— Так вы-то, сударь, драконоборец, — пропыхтел один из них. — А мы непривычные.
— Непривычный он! Хочешь стать драконоборцем? Будешь таскать варваров на спине круглыми сутками.
— Нет, нет, — испугался подобной перспективы слуга. — Я уж лучше как занимался постельным бельём, так и буду им заниматься.
— Ну, как знаешь. А то я могу походатайствовать за вас троих перед Его Величеством.
Бросив каршарца на кровать, трое потенциальных драконоборцев испарились из гостевых покоев быстрее, чем в руках воришки исчезает монета, оставленная беззаботным торговцем на прилавке.
Дилль выглянул в окно — небо тёмное, до рассвета есть ещё время вздремнуть. Он улёгся на широченную кровать, заложив руки за голову. На соседней кровати дрых каршарец, своим громогласным храпом сотрясая цветные оконные стёкла и мелкую посуду на столе. А к Диллю сон не шёл.
Завтра, точнее, уже сегодня, начнётся его новая жизнь. Его ждёт Академия магии — древнейшее учебное заведение в Ситгаре. И даже сам первый маг королевства тоже ждёт. Уж чего он углядел в нём, Дилль решительно не понимал, но, видимо, что-то важное, если Адельядо пустился на многоходовые махинации с законами и даже осмелился перечить самому королю. Дилль по-прежнему не чувствовал в себе никаких изменений, вызванных драконьим даром: у него такой же здоровый аппетит, он так же не прочь выпить в хорошей компании и совсем не воротит глаз от хорошеньких женщин. Маги же, по всеобщему утвердившемуся мнению, должны быть образцами воздержания — во всех смыслах этого слова. Нет, маг из него получится аховый — в этом Дилль был уверен. Если получится вообще.
Раньше он в себе не замечал такой нездоровой способности к разрушению, которая теперь периодически проявляется. Тогда в Неонине он толком даже не понял, что произошло, а вот сегодня на королевском балу — дело другое. Дилль почему-то был уверен, что не сумей он удержать в себе непонятно откуда взявшуюся бешеную энергию, и разнёс бы в клочья ползала вместе с мебелью и находившимися там придворными. И с королём, разумеется. И казнили бы после этого Дилля долго и тщательно.
Вот спасибо, Тринн — удружила ему со своим даром! Из-за неё придётся вести казарменный образ жизни в магической Академии. Как бы не противилась его свободолюбивая натура подобному насилию, но необходимо учиться, чтобы подобные приступы магии (будь она неладна) не довели его в дальнейшем до беды. Он и так уже достаточно близко познакомился с инквизитором. А, может, маги из Академии сумеют избавить его от такого нежданного и опасного подарка?