Марфа понятливо кивнула и скрылась за дверью.
Я быстро оделся. Топать по коридору и дверями хлопать не стал, выпрыгнул в окно.
В мокром саду оглушительно пахло сиренью. Уже совсем рассвело. Начало июня, светает рано. И на небе — ни облачка, будто не было никакой грозы. До того всё чистое, умытое, сияющее свежими красками, что душа готова петь. Глядишь на это — и не верится, что где-то существует мразь, собирающая человеческие кости. Отчего желание придушить эту мразь становится ещё крепче.
Марфа ждала меня в резной деревянной беседке. Теперь уже можно было особо не таиться. Мы не голышом в одной постели; я — охотник, она — русалка. Темы для беседы однозначно отыщем. В общем, ничего такого неприличного и компрометирующего.
— Ну? — я уселся на перила. — Рассказывай. Когда это было?
— Давно.
— Тьфу ты. — Я в сердцах сплюнул. — Знал бы — не одевался бы. Того, который давно, Терентием звали. Он давно и ушатался. Информация не актуальна.
— Аккурат накануне того дня, когда хозяин на меня кресс-с-ст надел.
— Погоди. То есть, получается, чуть больше недели назад? И это, по-твоему, «давно»?
Марфа развела руками.
— Не нынче же. И не вчерас-с-сь.
Действительно. Логика железная.
— Тогда давай подробнее. Что за персонаж? Как выглядел?
— Как охотник. Но дурной. Не ваш-ш-ш.
— А чей? — я подумал про другой Орден.
— Лес-с-сного хозяина. Не людям он с-с-служит.
— И как ты это поняла?
— Вс-с-се мы с-с-слуги хозяина.
— То есть, чувствуете друг друга, что ли?
Марфа, подумав, кивнула.
— Окей, принял. Давай подробности. Как он выглядел?
— Крас-с-сивый.
— Охренеть — особая примета. А конкретнее? Рост, телосложение? Цвет волос, цвет глаз?
— Крас-с-сивее тебя.
— Зашибись. Тут мне, видимо, надо плакать начинать…
Марфа ткнула пальцем в мой выходной костюм:
— Чёрный. А у него — крас-с-сный. Надо тебе тоже такой. Тогда ты будешь крас-с-сивее.
— Непременно. Сегодня же всё брошу и побегу заказывать. А ещё приметы есть?
Марфа подумала. И выдала:
— Недавний он.
— То есть?
— С-с-слугою хозяину с-с-стал — недавно. Не вс-с-стречала я его прежде.
— Угу. Всё?
Марфа кивнула.
Н-да, негусто. Хотя, объективно — уже кое-что. Среди охотничьей братии не так много любителей рядиться в красные камзолы. Наши цвета — серый, коричневый, зелёный. Те, что сливаются с листвой и в лесной чаще выглядят незаметно. Чем незаметнее, тем лучше. А красный камзол — дурь какая-то. И слугой лешего стал недавно…
В этот момент в голове у меня щёлкнуло. Пока не догадка — предвестник догадки. Понимание, что знаю человека, о котором говорит Марфа. Только вспомнить не могу. Сам — не могу. Есть мнение, пора устраивать брейнсторм.