Сняв медицинский модуль, я обнял свою жену… Последнего родного человека…
После выписки из госпиталя нас определили во временное жилище, на окраине Новосибирска. Живём мы тут уже неделю.
Со своим другом, Коляном, я потерял всяческую связь. Его контакт вне зоны действия спутников, а это всего два варианта — либо он прячется в лесах, либо погиб.
«Долбанные мрази!» — подумал я и стукнул по кухонному столу, испугав при этом Лизу, сидящую рядом.
— Илья… — прошептала она, взяв меня за руку.
— Лиз, я иду в армию. Если все будут сидеть и ждать… то это никогда не закончится! — повысил я голос и посмотрел на Лизу.
— Я тогда тоже…
— Нет! В тылу у тебя достаточно будет работы! Тем более, у тебя даже нейроинтерфейса нет.
— Хорошо, и когда пойдём? — не стала спорить жена.
— Завтра утром отправимся на призывной пункт. И не вздумай заполнять анкету на передовую. Я серьёзно, — нахмурившись, заглянул в её зелёные глаза.
— Хорошо, не буду, — кивнула супруга, а затем обняла меня, пересаживаясь ко мне на колени.
Утром мы стояли у военного комиссариата. Добровольцев было много, так что мы ждали своей очереди почти час. Это и неудивительно. Половина города в руинах, столько погибших.
— По какому вопросу? — спросила меня на приёмном пункте женщина в очках.
— Хочу поступить на службу, — ответил я.
— Заполняйте анкету и проходите в зал ожидания, вас вызовут. — Женщина сканером отправила мне анкету на нейроинтерфейс.
Сразу за мной в очереди была Лиза. Ей тоже отправили анкету на ручной планшет, так как свои смарт-очки она давно потеряла во всей этой разрухе.
После отправки анкет мы стали ожидать вызова в распределение. Зал ожидания был прилично заполнен людьми различных возрастов. Так же присутствовало немало женщин и даже подростков.
— Неплохо, — улыбнулся я жене, читая результат на её планшете. — Тебя предварительно одобрили в аналитический отдел, по гражданке с контрактом.
— А тебе что прислали? — спросила она меня, забирая у меня планшет.
— Полный игнор, — пожал я плечами. — Обычно довольно быстро присылают. Вон, почти все, кто в зале ожидания, знают, куда их назначили, — повертел я головой, рассматривая людей и в душе чувствуя какой-то подвох.
— Может, тебя не на передовую определят? — предположила Лиза, положив голову мне на плечо и прижимаясь ближе.
— Мне нужно оказаться на передовой… — пробормотал я, зацепившись взглядом за недалеко сидящего на железной скамье парня лет шестнадцати с чумазым и озлобленным лицом.
— Нет! Не нужно! Ты можешь больше пользы принести в другом месте! — внезапно вспылила жена, а взгляды людей в зале направились на нас.