Внимание!
Критическое повреждение головного мозга!
…
Остановка всех жизненных функций.
…
Статус: Смерть.
…
Loading protocol ZZ017356…
…
Error#66
…
Debugging settings…
…
Переход в стазис жизненно важных функций… 22 %… 78 %… 100 %. Готово.
…
Начало локализованной регенерации тканей… 0.45 %… 1.24 %… 2.45 %…
…
75.32 %…
Г-голо-ва… Такое смешное сло-во́… сло́-ово? Что такое «с-ловво»?
Темнота…
Мы находились в штабе, который, в свою очередь, базировался в распределительном бункере. Здесь я получал приказы от начальника штаба батальона. После очередного сектора зачистки в моей роте осталось меньше ста человек. По сути, не осталось бы никого из моих людей, если бы мы не были лишь подкреплением и вступили в бой, когда зелоидов и их бронированных самоходок оставалось не так много. Первая и третья роты почти полностью разгромлены. Пятьдесят выживших с разными увечьями — не в счёт.
В штабе царит ужасная усталость и чувство безнадёжности. Дисциплина и субординация в батальоне шатаются по пятибалльной шкале. Было много успешных попыток дезертирства. Центральный штаб не даёт никакого подкрепления и откровенно игнорирует любые запросы.
Сидя на голом бетоне в столовой бункера, я наблюдал за своими бойцами. Хотя, они уже не бойцы, а практически сломленные молодые ребята или мужики средних лет с безразличным, отрешённым взглядом.
— Товарищ майор! Разрешите обратиться? — подошёл ко мне парень в разорванной кевларовой броне на груди и плече.
Свой ультаровый наплечник и один из погонов он потерял в горячке боя. Энергетический снаряд задел его по касательной. Тоже имеет нанитов, но, по сравнению со мной, крайне мало. У меня этот показатель дорос до двадцатипятипроцентного рубежа, от общего количества крови в теле.
— Пока наедине, давай по-простому, Петя. Мы пока на отдыхе, и нас никто не слышит, — устало махнул я ему на место рядом со собой.
Командир первого взвода, лейтенант Пётр Марков, кивнул и послушно сел рядом.
— Илья, есть новости? Что говорит подполковник? — полушёпотом спросил он.
— Есть новости, от центрального штаба всё так же глухо, — негромко ответил я Петру. — Завтра, скорее всего, отправляемся под Красноярск, так как мы ближе всего. Стелс-дроны обнаружили строящуюся базу серорылых.
Это единственный человек в моей роте, который не падает духом и подбадривает людей, как может. Поэтому за месяц, что мы знакомы, у нас сложились более-менее дружеские отношения.
— Без подкрепления? Подполковник смерти нашей хочет? — удивился лейтенант.