Переглядываемся. Пытаюсь объяснить ему расклад на жестах. Дождавшись его кивка, бросаюсь вперёд.
Охраны тут не так много — всего двое вооружённых мужчин, которые особо и не высовываются. Палят в белый свет, как в копеечку, имитируя деятельность. Помирать ни у кого из них охоты нет.
Варраз бьёт одиночными в ответ. Я тоже делаю несколько выстрелов на ходу.
Стоп. Это ещё что? Грохот тяжелых шагов. Звуки разлетающейся крошки. Лязг металла.
— Стёпка! — радостно орёт один из противников. — Япни их наглухо!
— Я тя самого япну с подвывертом! — не молчит Тэккки. — В оба уха!
Почти успеваю добраться. Пули пронзают воздух, когда до дверей остаются считанные метры.
Киборг. Крупный, блестящий и сжимающий в руках пулемёт, из которого заливает холл свинцом.
Рухнуть на пол. Катнуться. Рвануть в сторону, уходя из-под огня.
Трофейный пистолет я упускаю. Но тут же вытаскиваю новый из кобуры раненого охранника. Мужчина провожает меня взглядом и что-то пытается сказать. А в следующую секунду его тело вспарывает пулемётная очередь.
Выстрел! Ещё один! Укладываю пулю за пулей. Но это настоящий киборг-убийца. К счастью созданный не Джеймсом Кэмероном — иначе уже давно поразил цель.
Трижды попадаю ему в голову, но металлический противник не обращает на это почти никакого внимания.
— Сдавайся, — рокочет он, остановившись и перезаряжая пулемёт, пока я укрываюсь за бетонным выступом, по которому стекает вода небольшого фонтана. — Полиция на подходе. А меня не убить.
Моя звериная часть рычит и требует проверить его на прочность когтями. Посмотреть, что будет, если вскрыть его броню.
Сдерживаюсь. Вместо этого чуть высовываюсь. Около самого пола, чтобы было незаметно. И пробую сфокусироваться на фигуре киборга. Без визуального контакта проделать подобное не получается.
— Надумал? — снова скрежещет он. — Сдаёшься?
В голове мелькает шальная мысль про его голосовые связки — их-то нахрена заменять чем-то искусственным. Совсем рядом ревёт сирена патрульной машины. А у меня наконец получается — в голове как будто звучит лёгкий хлопок и тело пронизывает ощущение лёгкой боли. Вслед за которой тут же приходит жажда.
— Ты чё сделал? — в голове киборга чувствуется изрядное удивление. — Скотина гобловская! Это чё такое?
Снова грохочет очередь. Ещё одна. Третья. Все на одном уровне — пули хлещут по стенам и мебели на одной и той же высоте.
— Поломали дурака, — орёт Тэкки-тап. — Вскрыв блестящие бока!
Сам я мчусь к выходу. Пора валить. Слишком уж близко завывает сирена. Ещё чуть и окажется здесь.
Расстроенный Степан отчаянно матерится и не прекращает стрелять. Но опустить свои руки не может — даже занятно, что у меня так вышло с этой деталью.