Секунду стояла тишина.
— Ну вот, нормальные ребята же! — Выдал возмущенный Михалыч. — А ты террористы, террористы! Все твоей матушке расскажу!..
Выдав эту тираду мужичок гордо засеменил к своему подъезду.
Лейтенант только головой покачал грустно.
Он еще не знал, что на утро все его ночные страдания окупит премия от Долгоруких «за содействие» и внеочередное звание от собственного начальства «от греха и на всякий случай»!
Глава 2
Алексея все это достало.
«И стоило ли сбегать из одной клетки, чтобы тут же попасть в другую?», — пришла в голову не самая приятная мысль.
— Я задавала вам вопрос: что произошло после того, как вы выбрались с завода? — Поинтересовалась неприятная женщина с лошадиным лицом и холодными пустыми глазами.
Приимкова бесило в ней все: начиная от канареечного цвета костюма до парфюма. А больше всего на третьем часе допроса просто взять ее за куцый хвостик полос и пару раз приложить об стол, за которым они сидели.
И больше всего напрягала мысль, что он вообще был способен
— Прошу прощения, — моргнул парень. — Собираюсь с мыслями.
Во имя помощи самому себе в этом нелегком деле он быстро, но со знанием дела растер лицо и шею ладонями. В голове слегка прояснилось. Хотя полностью он не еще не отошел после того, как целый час рассказывал, почему именно они использовали кровь для печати. Ведь можно было нарисовать и маркером и даже угольком!.. Про блокираторы она благополучно каждый раз «забывала». Начертить действительно можно было бы любым подходящим инструментом. Но как напитать ее Силой? А вот Долгорукая через кровь не только смогла активировать печать на трех аспектах, но и завязать ее на собственную Кровь.
Теперь вот новую тему нашли.
— Вы уж постарайтесь. — Бесцветно буркнул ее напарник — круглощёкий плюгавенький мужчина в белой рубашке.
«Легко сказать «постарайтесь»!«, — взвыл про себя Алексей, че мысли разбегались подобно таракашкам в разные стороны. Третий день допросов… Это тяжело. Кто только не посидел напротив него, задавая вопросы: представитлеь Ростовых, Долгоруких, Канцелярии, Ордена и несколько вообще отказавшихся представиться типов. А между «беседами» парня поджидала небольшая комнатка, от камеры отличающаяся только чуть более светлым тоном окрашенных стен. И не было в ней ничего. Компьютер, телефон, книги… Он был согласен уже и на телевизор! Но нет, ничего этого было нельзя.
С одной стороны, он прекрасно понимал, что все это делалось с единственной целью: не «перебить воспоминания» новыми впечатлениями, но на третьи сутки его запас терпения уже почти иссяк.