Мы выходим в коридор.
Я пытаюсь открыть дверь нашего кабинета, но почему-то не могу это сделать. Кто-то внутри мешает.
С трудом всё-таки добиваюсь своего и тут же невольно застываю.
На полу лежит Лёня Бахматов, это его ноги не позволяли открыть дверь. Есть и другие хреновые новости: больше внутри никого нет.
Взор падает на одно из окон. Оно раскрыто нараспашку, и теперь по комнате гуляет ветер. Всё ясно, чех оказался проворнее Лёни, ударил его, а потом сбежал через окошко. Эх, дружище! Как же ты так сплоховал, а? Или Гайдо смог навешать ему лапшу на уши, за те минуты, которые я провёл у Трепалова, и Лёня потерял осторожность?
Ну ничего, я тебя ещё раз найду, сволочь! Главное, чтобы мой друг остался в живых.
Склоняюсь над Лёней, трогаю прожилку на шее. Она пульсирует.
— Слава богу, живой!
Как-то чересчур много событий для одного дня: засада на Чухонца, граната в окошко, ранение Трепалова и Вани, стычка с предателем Гайдо, его побег и, наконец, физическое состояние Леонида.
Он пришёл в себя, но даже мне, дилетанту, ясно, что у Лёни сотрясение мозга: у него кружится голова и регулярные рвотные позывы. Короче, прилетело изрядно. Чех хоть и не обладатель чёрного пояса и девятого дана, однако в джиу-джитсу не новичок. Это я ещё во время нашей совместной тренировки понял.
— Я даже моргнуть не успел, а он вдруг как крутанётся, как даст мне по башке… — стал извиняться перед нами Лёня. — Прости, Жора, я не думал, что этот гад такой прыткий.
— Хрен с ним! — махнул рукой я. — Главное, чтобы ты поправился, а с Гайдо мы как-нибудь разберёмся. Его теперь вся московская милиция и уголовный розыск искать будут. Не уйдёт, сволочь! А ты домой отправляйся, полечись. Максимыч тебе три дня отгулов дал на поправление здоровья.
— Ты что, Жора⁈ Как я могу оставить вас двоих… Иван в больничке, я дома, кто злодеев ловить будет? — растерянно забормотал Леонид и тут же согнулся в две погибели.
Его опять вырвало.
— Ну ты же сам видишь — какой из тебя ловец! Сейчас найдём для тебя экипаж и домой. А что касается злодеев — разберёмся, Лёня! На твой век хватит, — утешал как мог я.
Максимыч уже вовсю терзал телефонисток, пытаясь найти начальника МУУР, чтобы сообщить о происшествии с Гайдо. На секунду оторвавшись от трубки, Трепалов выразительно посмотрел на меня:
— Быстров, ты всё ещё здесь?
— А что такое? — недоумённо заморгал я.
— Бери ноги в руки и бегом на адрес Гайдо. Тебе записать или так запомнишь?
— Запомню. Только он не дурак, вряд ли сидит сейчас дома и нас ждёт.
— Дурак — не дурак, но квартиру его нужно обыскать. Перетряхните там всё вверх дном.