— Кто тебя нанял? — спросил он тихо.
— Иди к черту… — плюнул наемник.
Александр просто щелкнул пальцами. Маленькая черная сфера возникла прямо внутри головы наемника. Хлопок — и тело обмякло. Никакой крови, просто часть головы исчезла.
— Жестко, — оценил я.
— Эффективно, — пожал плечами Войд.
Мы остались одни на крыше. Ветер гулял среди разбитых конструкций, трепал наши волосы. Внизу сиял Доминус, равнодушный к тому, что здесь только что погибло полдюжины человек.
Где-то там, внизу, продолжался бал. Кайден, наверное, уже продал пару Разломов и выпил шампанского за наше здоровье.
Александр тяжело опустился на обломок бетонной плиты. Его руки все еще подрагивали. Он полез в карман, достал простую металлическую флягу. Отвинтил крышку, сделал долгий глоток и протянул мне.
Я взял. Запахло хорошим, дорогим пойлом.
— Спасибо, — сказал он, глядя на огни города. — Если бы ты не пришел… я бы сорвался.
— Не за что, — я сделал глоток. Напиток обжег горло приятным теплом. — Ты неплохо держался для человека, которого прессовали десяток элитных наемников с подавителями.
— Я не держался, Дарион. Я тонул.
Он помолчал, глядя, как я возвращаю ему флягу.
— Пустота… она живая. Она не просто сила. Это голод. Она всегда хочет большего. Раньше я мог с ней договориться. Контролировать. Но в последнее время…
Он посмотрел на свои руки.
— Она становится сильнее. Или я слабее. Я боюсь, что однажды я просто не смогу закрыть дверь. И тогда… я стану Проклятым.
Я знал, о чем он говорит. Проклятые маги Пустоты — это ходячие катастрофы. Они теряют личность, превращаясь в воронки уничтожения. Таких обычно уничтожают всем миром, и то не всегда успешно.
— Ты смотришь на Касс, — неожиданно сказал он.
— Что? — я удивился смене темы. Очень уж неожиданно было услышать именно ее имя.
— Я вижу, как ты на нее смотришь. Как на ученицу. Как на… дочь?
— Как на занозу в заднице, которая имеет потенциал, — поправил я.
Александр слабо улыбнулся.
— Она похожа на мою сестру. Лина… Она была такой же. Энергичной. Смелой. Лезла во все дыры.
— Была?
— Я потерял ее, потому что был слаб. Не смог спасти. Пустота не отозвалась на мой зов. Но именно тогда укрепилась во мне.
Его голос дрогнул.
— Её просто не стало.
Я молчал. Что тут скажешь? Это груз, который он несет всю жизнь. Теперь понятно, почему он так опекает Касс и почему так боится своей силы.
Александр поднялся. Он посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд был тяжелым, решительным. Таким смотрят люди, идущие на эшафот.
— Моя фамилия не Войд. Войд — это прозвище, которое мне дали в Гильдии. Моя фамилия — Вальдус. Александр Вальдус.